Книга Бриллиантовый берег, страница 52 – Альбина Нурисламова

— Ты невероятный мастер, — тихо сказала Катарина. — На твои произведения хочется смотреть бесконечно. Когда вижу картины, которые кажутся мне подлинно талантливыми, слышу гениальные стихи или музыку, у меня внутри все сжимается, появляется что-то вроде покалывания, накатывает, сложно объяснить… — Она обернулась к Богдану. — Вот как сейчас.

В глазах его Катарина прочла радость и облегчение. Неужели сомневается в силе своего дара? Впрочем, многие одаренные люди таковы.

— Я рад, что они тебе нравятся.

— «Нравятся» — слабое слово.

Обоих переполняли эмоции, хотелось сказать слишком многое, но ни у Катарины, ни у Богдана не находилось слов. К счастью, в этот момент входная дверь открылась и закрылась со звонким щелчком.

— Простите, немного опоздал! — произнес мужской голос.

— Нет тебе прощения, — отозвалась из глубины дома Ольга.

Спустя мгновение в комнате появился последний участник семейного обеда — Филип.

У Катарины создалось впечатление, что этот человек, едва появившись, привел все пространство в движение, подчинив себе каждый сантиметр. Кажется, даже воздух начал бурлить и кипеть. Филип с напором говорил, размашисто двигался, широко улыбался, и в сочетании с мужской статью и выразительной внешностью это производило сильное впечатление.

Она видела Филипа на фотографиях, но снимки не могли передать его огня, харизмы, взрывной энергии. Богдан был другой, более утонченный, хрупкий, аристократичный. В нем чувствовалась ранимость, незащищенность и наряду с этим — внутренняя сила, которая не била в глаза, но была глубока.

Катарине подумалось, Богдана можно сравнить с соловьем, способным выдать чарующую трель, а Филип был мощной хищной птицей — соколом, ястребом.

— Вот и она! — возвестил Филип. — Вы не представляете, как я рад познакомиться с девушкой, которая сумела обворожить моего братца-дикаря.

Богдан скривился.

— Хватит вам! Дождетесь, Катарина сбежит. Я не говорил ей, что это смотрины. Она пришла всего лишь на обед.

В комнату вошла Ольга, неся на вытянутых руках блюдо, которое с трудом пристроила на уставленный посудой стол.

— Все готово, садитесь, пожалуйста.

Поначалу Катарина немного тушевалась, как это всегда бывало с нею в компании незнакомых людей. Но уже через несколько минут неловкое чувство рассеялось, она почувствовала себя свободно. Еда была вкусной, Ольга готовила изумительно, вино — прекрасным, но главное — собравшиеся за столом люди старались расположить Катарину, раскрепостить, вовлечь в разговоры, помочь почувствовать себя как дома — и делали это ненавязчиво, мило, с юмором.

Чувствовалось, что эти трое по-настоящему любят друг друга: они тепло улыбались, подначки были дружескими, без язвительности, а шутки — добрыми. Было заметно, что Филип, Ольга и Богдан счастливы, не зажаты в тисках темных чувств и обстоятельств: обид, разочарований, невыполненных обязательств, бедности, жизненных тягот.

Катарина вспомнила собственные непростые отношения с матерью, их вечные недомолвки и перепалки; отчужденность отца, замешанную на его чувстве вины; вспомнила свою растоптанную любовь и разбитые надежды на семейное счастье; профессиональные неудачи, вечную гонку за заработками, и ей так захотелось стать частью дружной, любящей, не знающей проблем и сложностей семьи!