Книга Сквозь страх, страница 99 – Альбина Нурисламова

Она надавила большим пальцем на поршень.

Я закрыла глаза, отказываясь на это смотреть. Сейчас все будет кончено. Я не знала, что произошло с Ильей, почему он упал замертво, но верила, что он очнется… Теперь надежды нет. Мои друзья ничем не смогут помочь ни себе, ни мне. Зло будет торжествовать, остается лишь подчиниться.

— Перед ней, может, и не надо. А как насчет меня?

Я распахнула глаза. Кто это произнес? Голос был незнакомый и звучал, я бы сказала, противоестественно. Как будто одновременно, синхронно говорили сразу несколько человек, а звук шел из глубины и обладал скрипучим металлическим призвуком.

— Как насчет всех нас, Елизавета? Не хочешь попросить прощения у нас?

Юра вскрикнул и попятился. Я бы тоже отпрянула, если бы могла, но и так уже сидела у стены.

Илья крепко держал Агату за запястья обеими руками, глаза его были открыты. Очков на нем не было, я не заметила, в какой момент они слетели.

Те слова произнес он, но ровно в том смысле, что они вылетали из его рта.

И глазами Ильи будто смотрел кто-то другой. Сосуды лопнули, белки глаз залила кровь, это выглядело страшно. Во взгляде Ильи не было уже привычной мне мудрости, понимания и доброты – их сменили ярость, мстительная радость и ненависть.

— Мы долго ждали – настал твой черед платить по долгам, Елизавета!

Произнося это, Илья вскочил на ноги пружинисто и стремительно, как гимнаст, увлекая за собой Агату. Она извивалась, пытаясь вырваться, но тщетно. Шприц выскользнул из ее руки и хрустнул, когда Илья наступил на него.

— Стреляй, что ты стоишь! – завопила Агата.

Юра вскинул руку. Он попал бы, с двух шагов промахнуться невозможно, даже если захотеть. Но я ему не позволила.

Пока сознание мое продолжало осмыслять произошедшие с Ильей перемены, тело бросилось вперед. Я вцепилась в руку Юры, дернула ее – и сделала это как раз вовремя. Он выстрелил, но пуля ушла вбок, не коснувшись Ильи.

Юра попытался стряхнуть мою руку, оттолкнуть меня, но я не отпускала. Мы боролись, и ему плевать было, что я беременна: он толкнул меня прямо в живот. Но я не сдалась.

«Прости, малыш! Мы должны постоять за себя!»

— Отцепись, сука! – прорычал он.

Ну уж нет!

Почувствовав, что эффект неожиданности от моего броска проходит, Юра сильнее и скоро одержит верх, я вцепилась ему в руку зубами, сомкнула челюсти изо всех сил, как будто от этого зависела моя жизнь (скорее всего, так и было). Юра взвыл от боли, рванулся, но я повисла, как бульдог, чувствуя во рту солоноватый привкус его крови.

Он отшатнулся от меня, ударившись спиной о стену, едва не вывихнув мне челюсть, и я разжала зубы. Но тут же, не давая ему вздохнуть, ударила в пах, вложив в этот удар всю свою обиду, все разочарование. Юра согнулся пополам, а я, не дожидаясь, пока он очухается, вырвала у него пистолет.

За моей спиной раздался грохот, следом – женский вопль, но я не стала оборачиваться. Юра поднял голову. Лицо было искажено болью и яростной, бурлящей злобой, густо замешанной на страхе смерти.

— Выстрелишь? Убьешь? – спросил он меня, как недавно я спрашивала его.

— Убивать – это по вашей части, – выплюнула я и с размаху ударила его рукояткой по голове.

Он не успел отвести удар. Я еще раз размахнулась и снова ударила. Глаза его закатились, и Юра мешком рухнул у моих ног.