Книга Гиблые земли, страница 12 – Альбина Нурисламова

Роман помолчал, а потом проговорил:

— Мне поступать надо будет. Не смогу, наверное.

— Куда поступать? – спросила Катя, думая, что так и не удосужилась поинтересоваться раньше.

Следом пришла мысль, что она ему о себе все выложила, как сказала бы Лора, нашла свободные уши. А ведь Катя не была болтливой, секреты держала при себе. Просто Ромка был… Она задумалась. Каким? Сразу не скажешь, но было в нем что-то основательное. С такими людьми хочется делиться важным.

А сам Рома больше слушал, чем рассказывал. Даже о том, кем собирается стать, не упомянул.

— Поступать? – тем временем переспросил брат. – Отец считает, мне нужно ехать учиться в Европу.

Ничего себе заявочки! Кате почему-то стало грустно.

— А ты сам как считаешь?

Роман нахмурился, пожевал губами и сказал деревянным голосом:

— У меня хороший английский. Учеба за границей – это перспективы, будущее. К тому же это научит меня самостоятельности.

Слова были правильные, вот только не Ромкины. У Кати возникло ощущение, что брат чего-то недоговаривает, что тема ему неприятна. Повисла пауза, которую захотелось срочно заполнить: Катя чувствовала, как она растет, расползается, грозя превратиться в черную дыру.

В голове не пойми с чего всплыла картинка: старинное поместье, высокие толстенные стены и башенки, аккуратная зеленая лужайка, белые щупальца тумана, а кругом – холмы с черным лесом у самого горизонта. Короче говоря, классический замок с привидениями. Вид воображаемого места вызвал вполне ожидаемую ассоциацию, и Катя, не успев ничего обдумать, выпалила:

— Знаешь, не только в какой-нибудь Англии загадочно и круто. У нас места такие… – Она пощелкала пальцами, подбирая подходящее слово. – Мистические. Жуткие, в общем.

Роман сел и поглядел на сестру. На том берегу завизжала электропила (или другой инструмент, издающий зубодробильный звук).

— Ты о чем? – заинтересовался брат. – Все вроде тихо-мирно.

— Это тут, в Липнице, на озере. А в лесу – совсем другое дело. Там такое!

— Какое? Не томи. – Рома слегка усмехнулся, и Катя поняла, что он считает ее слова детскими выдумками. Тоже мне, взрослый! Всего на два года старше, а самомнение!..

Вообще-то про то, что находилось в лесу, Катя говорить не должна. Если бы мама узнала, что она обсуждает такие вещи с Ромой, отругала бы. Никто из местных этого в беседах не упоминал, в лес в ту самую сторону люди не ходили и в целом предпочитали делать вид, что ничего там нет.

Детям строго-настрого запрещалось одним приближаться к заброшенной дороге, ведущей туда, и все привыкли – нельзя так нельзя. Гиблое место, как его называли, оно и есть гиблое, нормальный человек не сунется, стороной обойдет, говорить о таком не станет: ни к чему в свою жизнь поганое тащить.

Затронув запретную тему, Катя уже через секунду пожалела об этом, но отступать было поздно. Поэтому пришлось продолжать.

— Зря я ляпнула. Но раз уж… – Катя тоже села и откашлялась. – Километрах в шести от нас или больше заброшенный поселок есть. Его в советское время построили, после войны. Названия нет, только номер. В-26. Он секретный был или вроде того. Люди, которые там жили, на комбинате работали. Предприятие тоже осталось, заброшенное. Старики говорят, когда поселок только-только строить начали, местные знали: добра не жди.