Книга Желтый мокасин для любовника. Веселые рассказы, страница 46 – Наталья Барабаш

— Вот! – словно только этого и ждала, аж подпрыгнула бабушка. – Сережа, ты тоже родных оскорбляешь? Я все для нее делаю, готовлю, а она запирает меня на кухне! Говорит, я ей мешаю! Не может подождать, пока я умру! Уже скоро… – деланно вздохнула бабушка, только что в одиночку перетащившая огромный диван в другой угол комнаты. – Ты бы слышал, Сережа, как она меня обзывает! Я зову ее кушать, а она меня по-всякому…

Гость пристально, как бы по-новому посмотрел на меня своими серьезными глазищами.

— А что, Сережа, ты хотел узнать? – уныло спросила я.

— Да про лагерь на островах… Ладно, как-нибудь потом, – буркнул он.

— А что спрашивать? – обрадовалась бабушка. – Пусть Наташа с вами и едет! Сама вам все покажет. Ну и вы поближе познакомитесь. Мало ли… – и бабушка игриво подмигнула Сергею. – А то у Наташи такая компания! Только пьют и пьют! Ты же не злоупотребляешь? Ну вот! А Наташкины эти как придут – лишь успеваю водочные бутылки выносить!

Это она вспомнила о моем дне рождения, где 15 гостей действительно выпили какое-то количество водки. И теперь бабушка уверяла соседей, что я на пути к алкоголизму.

— Ну, ничего, дети пойдут, там уже не до выпивки! – вырулила бабушка на основную тему. – Ее мать тоже, пока Наташка не родилась, все по лесам с мужиками шастала, выпивали, наверное.

(Это бабуля вспомнила про экспедиции, куда маму-геолога посылали после вуза). – Ну, а теперь не пьет. Может, и Наташка…

Потенциальный жених, ерзавший на стуле так, будто сидел на раскаленной плите, наконец вскочил и рванул к двери.

— Мне это… Пора! – буркнул он, хватаясь за спасительную ручку.

— А ты заходи к нам, Сережа, по соседски! Запросто! Вам с Наташей надо получше узнать друг друга! – крикнула ему в спину бабушка, будто бросила камень.

— Успокойся! – сказала я ей. – Мы достаточно узнали друг друга. Спасибо!

С тех пор сосед исчез. Навсегда. Я даже подумала, не рванул ли он сразу из нашей квартиры в аэропорт – от греха.

И вот только сейчас, когда я случайно вспомнила эту историю, мне пришла в голову одна мысль.

Бабушка ведь не была дурой. Она могла ляпнуть, любила на нас жаловаться, но в целом она прекрасно разбиралась в людской психологии.

Может, она устроила весь этот спектакль нарочно? Испугалась, что я влюблюсь в соседа, брошу ее одну и уеду в далекую Москву? А может, просто почувствовала, что у меня совсем другая судьба…

Поехали мы с моей хорошей подругой отдыхать на море. А мужья в Москве остались. Сидим на берегу.

И думаем о разном. Я злюсь: только что звонили с работы, и у них там ЧП. Хочется ругаться страшными словами. Но нельзя. Подруга не переносит грубых слов. Вообще. Она – из той редкой породы по-настоящему романтичных женщин, которых воспевал Тургенев. Проза жизни ей претит, а грубость физически ранит. Сказать при ней неприличное слово – все равно что кинуть в птицу камень.

Подруга поэтически перебирает цветные камешки – для коллекции.

— Посмотри! – нежно говорит она мне. – Видишь? Этот камешек похож на домик!

— Да! – механически отвечаю я.

— Ой, а этот – вылитый профиль со старой монеты!

— Ага! – соглашаюсь я.

— Ну а этот, этот! Как будто цветок с листиком!

Я отрешенно киваю, думая, где бы взять новую чертову заметку.

— А ты почему камешки не собираешь? Попробуй! – заботливо говорит подруга.