Книга Желтый мокасин для любовника. Веселые рассказы, страница 15 – Наталья Барабаш

— А? Натаха, что она хочет?

— Профессия!

— А! Счас! Вот, этот. LKV. Фарер. Их бин.

— А где ты работаешь?

— Что?

Я открыла уже рот, но преподаватель погрозила мне пальцем. Сам дойдешь – быстрее поймешь.

— Ну, Васья! Ты работаешь где…?

Вася задумывается. Потом говорит.

— Их бин Василий.

— Да нет, не имя! Вот, надо сказать, как здесь! – показывает учителка на доску: «Их арбайте bei…» Васья! Ну? Где?

— Василий! – говорит Вася.

Учителка идет пятнами.

— Васья! Внимание! Я работаю учительницей на этих курсах. А ты работаешь где?

— А! Понял! Вот! BEI Василий!

Учительница натянуто улыбается.

— Не надо имя! – говорит.

— Что, имя не называть? – переспрашивает меня Вася.

— Нет! – говорю. И учительница опять мне грозит.

— Наташа работает в газете, Хасан работает в Симонс-компани, а ты, Вася, работаешь – bei?

Вася краснеет. Пыхтит. И молчит. Спасительный звонок снимает неловкость.

— Все-таки она какая-то… туповатая, – говорит мне Вася на перемене. – Чего она хотела-то?

— Узнать, где ты работаешь.

— Ну? Я ей двадцать раз немецким языком сказал: я работаю в фирме Василий. Я так свою компанию назвал. Купил одну старую фуру. Назвал – Василий! А учителка говорит – имя называть нельзя, а где работаешь, скажи. Ну, не тупость?

И ведь нечего возразить.

* * *

На перемене.

— У них здесь мужики любят на наших дурочках жениться.

— Почему же на дурочках?

— Потому что австрийцы женятся-то на них не по любви! А ради выгоды!

— Я думала – наоборот. Какой же выгоды?

— Как какой? Наши бабы не то, что австрийки. По дому колотятся. На кухне.

— Ну и…?

— Прикинь! Пылесос и посудомоечную машину можно не покупать!

На третье занятие Вася пришел в полной боевой готовности. Дома ему жена – а она давно уехала из России и прекрасно знает язык – написала на листочке все вероятные вопросы-ответы. Спрашивают, например, у Васи:

— Как тебя зовут?

А он начинает листать тетрадку и приговарвать: – Счас я скажу! Счас я все скажу!

— Woher kommen Sie?

— Что это? – строго интересуется у меня Вася через весь стол.

— Откуда ты приехал?

— А! Это у меня есть! Подождите-подождите! Счас все узнаете! – сосредоточенно говорит Вася.

Группа доброжелательно ржет, хотя и не понимает слов.

Разбили нас на пары. Чтобы вести простую беседу. Васе достался Хасан из Ливии.

Слышу краем уха: мучаются они там с этими приветствиями-представлениями-прощаниями.

А потом вроде дело пошло.

Только через какое-то время странные слова до меня долетают. Прислушиваюсь:

— Привьет! – радостно говорит Васе Хасан. – Кьак делья?

— Ва-ся! – шепчу зловеще. – Это еще что?

— Ну, – смущается Вася. – Мне легче его русскому научить, чем на немецком тут заикаться…

Приходит Вася на занятия. Взбудораженный.

— Представляешь! – говорит. – Что тут у них творится! Ужас! На улицах видела такие спуски рядом со ступеньками? Прикинь – это для старух и инвалидов. Вот понаделали! Неудобно же им! И сейчас я шел, а по такой штуке старуха спускалась. Чуть не грохнулась! Бабке на вид – лет 90! Нет, как они тут живут! Старух на улицы отпускают. Несчастных инвалидов! Вот в Уренгое никакие старухи по улицам не шарятся! И инвалиды тоже. Все сидят по домам! А тут никакой заботы о человеке!

Сегодня проходим цифры. А немецкие цифры – это я вам скажу! Сначала читаются тысячи, потом сотни, потом единицы, и лишь затем – десятки. А пишется это все в одно слово. Вот учительница написала на доске: