Онлайн книга «Детектив в Новый год»
|
— Зажги лампу! Он сидел у костра, протянув руки к огню. Ладони были красными и казались прозрачными. Запад сиял уже не малиной, а розово-зеленым, восток же был мрачен и темен. Над городом все расцветали новые и новые малиновые и желтые букеты. Окно светилось неровным светом, и Дима представлял, как она там укладывается на сено. Сено шуршит, пауки глазеют, деревянная лежанка шатается. Он налил себе коньяку – пил мелкими глотками и смотрел на пламя. Потом поднялся, постоял немного и пошел в дом. Там горела керосиновая лампа; на стене выросла его гигантская тень. — Замерз? – спросила Неда. – Тут тоже собачий холод! Ты в гости или как? — Пока не знаю. Сейчас печку растопим. — А не угорим? — Боишься? Труба на месте, не должны. Он возился с печкой. Неда, кутаясь в плед, стояла рядом и смотрела. Она спросила: — А где ты будешь спать? На полу? На лежанку не пущу! Дима шагнул к ней, ухватился за плед; Неда захохотала и отпрыгнула. Метались их тени по стенам; трещали дрова; Дима притянул ее к себе и, теряя голову, впился в ее рот. Раскаленными пальцами дернул молнию куртки… …Он проснулся, когда солнце заглянуло в тусклое оконце. Неда спала. Дима с любопытством уставился на нее, осторожно пригладил растрепанные волосы и потрогал пальцем кончик носа. Нос у нее был теплым. Он выполз из-под спальника, охнув от холода – печка давно остыла; нагой, пробежал босиком и выскочил на крыльцо. Ночью вьюжило. Их следы исчезли. Лыжня исчезла. Остатки костра тоже исчезли. Белое искрящееся безмолвие и тишина царили в природе. Ни движения, ни ветерка. Испытывая щенячий восторг, Дима стоял на занесенном снегом крыльце и вбирал в себя окружающий мир. Вдруг, завопив дурным голосом, спрыгнул с крыльца и побежал по снегу к солнцу… Он ввалился, красный от холода, в снегу, выбивая зубами дробь, и схватил свитер. Неда сидела, обхватив коленки, укрытая пледом, и смотрела на него. — Иди сюда! – позвала она. — Я весь в снегу! – Дима застыл, держа свитер в руках. Неда протянула руки, приглашая, и он отшвырнул свитер. Она охнула, когда он прижался к ней, выдохнула: — Снежная баба! — Сама баба! – сказал Дима… …Они пили кофе и ели мясо. Горел костер. Дима сказал, что он голодный как стая волков. От запаха кофе хотелось плакать в восторге. — Хочу горячую ванну, – сказала Неда. — В тебе ни капли романтики, – попенял Дима. Она расхохоталась… У пешеходного моста они разошлись. Неда пошла к остановке автобуса, а Дима к себе в Еловицу – кормить Соню. — С Новым годом! – крикнул он ей вслед. Она помахала в ответ, не оборачиваясь… * * * В Еловице тоже всю ночь падал снег. Дорожки до крыльца не было, ступени крыльца лишь смутно угадывались. Соня встретила его у двери, подняла голову и мяукнула. — Соскучилась? – Дима погладил ее по голове. – А знаешь, твой монстр оказался вполне ничего себе. И на лыжах прилично. С Новым годом, кстати. Как дети? Дети были в порядке – лежали кучкой, спали. Рыжий заметно подрос; Дима потрогал его пальцем, и он открыл глаза – сизые, невидящие, причем разного размера – один больше, другой меньше. — Охренеть! – обрадовался Дима. – Молоток! Соня, ты видела? Он налил ей молока и насыпал корма. Сварил большую кружку кофе; повалился на топчан и проспал до заката. Вечером побрился, нарядился в белый свитер – подарок Эли на день рождения, – и пошел в гости к Неде. По дороге купил шампанского, белую с золотом коробку трюфелей и три палевые розы. Насчет роз были сомнения – как выпендрежный дурак! |