Книга Детектив в Новый год, страница 46 – Татьяна Устинова, Анна и Сергей Литвиновы, Инна Бачинская, и др.

— Ты, наверное, думаешь, что я полный истукан? Но я просто не нахожу для тебя слов. Они мне не нужны. Понимаешь? Они мне мешают. А мне скоро уходить.

— Понимаю, – шепнула Даша. – Я все про тебя понимаю. И я скажу сама. Мне никогда не было так хорошо.

Никогда, ты слышишь? Как будто я шла по бедам, осколкам и минам только ради этого. И, значит, было ради чего.

— Хорошо, – решился Алекс. – Давай встанем, пойдем к столу, выпьем кофе, и я расскажу тебе то, что передумал было рассказывать. Расскажу все как есть. Я ничего не довел до конца.

Даша слушала Алекса почти не дыша. В ее распахнутых, потрясенных глазах Алекс видел отражение людей и событий, о которых говорил.

— Я хотел их уничтожить. Думаю, смог бы убить. Но остановил бы себя, потому что меня ждут больные. А теперь я не уверен в том, что не причинил тебе новую боль. Ты слишком добрая. Тебя может оттолкнуть моя жестокость. Они ведь, получается, жертвы.

— Ты подумал, что я их пожалела? Нет, конечно. Я даже не пожалела себя. Знаешь, я несколько дней сидела тут одна и думала как раз о мести. Я, такая беспомощная, ни на что не способная, думала о мести тем, кто меня растоптал. У меня ни разу не хватило сил даже для жеста протеста. А теперь… Теперь растоптана не я, а они. Их суть их придавила. Могу добить их даже своей жалостью. Ах, Алекс, дорогой мой! Если бы ты не был таким странным, строгим и щепетильным, я бы на коленях сказала бы тебе, как благодарна. Я бы сказала тебе, что люблю. Ты спас меня даже от самой себя. И это правда: я не знала такого чувства к мужчине. Ночью я растворилась в тебе. И так не хочу возвращаться в себя. А этих… Оставь их в покое. Забудь, как только что забыла я.

Алекс долго целовал ее пальцы. Потом стоял под душем и, кажется, плакал. От бессилия выразить свое счастье. Может, это и есть его любовь.

Через час из подъезда Даши вышел подтянутый и строгий профессор хирургии Алекс Канчелли. Он шел решительной, уверенной походкой солидного человека. И вдруг, обнаружив на своем пути сугроб высотой метра в полтора, не стал его обходить. Алекс сделал несколько шагов назад, оттолкнулся и легко, по-мальчишески, перелетел через него. Только такой бездумный полет радости и мог позволить себе мужчина, не знающий слабости и сантиментов.

Встреча с соотечественниками

Я думала, такие типажи уже давно вымерли. Но на рецепции «Гранд-отеля», одного из самых роскошных в Вене, перед нами стояли именно они. Компашка из старых анекдотов про богачей.

Молодой спортивный мужчина, с черным ежиком волос и острым подбородком, в мятых спортивных брюках, что-то мычал девушке за стойкой и махал руками. Так он пытался донести до нее знание, что заранее зарезервировал номер.

На одной руке у мужика болталась куртка от Гуччи, на другой – высоченная брюнетка модельной внешности с копной роскошных волос и надутыми губами: казалось, эти ищущие губы вот-вот сами на вас прыгнут.

Рядом гордо озирала окрестности чопорная дама в больших очках. На ней все было в тон: коричневая норковая шуба, бежевая сумочка, сапоги, перчатки. Дама хотела выглядеть по-европейски элегантной, но именно дотошная тщательность в подборе наряда сразу выдавала в ней чужака.

За спинами скульптурной группы под названием: «Бабло нечаянно нагрянет» воздвиглись два амбала. Вернее, один амбал: крепкий мужик с крабистыми руками и веселыми приметливыми глазами. Второй был поменьше, похудее, рыженький, с открытым деревенским лицом. Они прикрывали мужику спину и демонстрировали полное равнодушие к окружающей их роскоши.