Книга Генетическая ошибка, страница 79 – Татьяна Бочарова

— Кофе? – предложил Вадим Артурович.

— Нет, спасибо.

— А я так выпью. – Он нажал на кнопку кофемашины. Она поворчала и наполнила чашку ароматным эспрессо. – Я слушаю вас. – Вадим Артурович уселся в соседнее кресло и с удовольствием сделал глоток из чашки.

— Я пришел поговорить с вами по поводу вашей пациентки, Марины Красниковой. Вы ее помните?

Лицо доктора напряглось, на лбу возникли три ровные, как по линейке, морщинки.

— Красникова. Красникова… Да! – Он посмотрел на меня пристально и внимательно. – Да, я помню ее. Она была у меня на приеме два или три раза. Сдала анализы. Записалась на следующий прием. И… и не приехала. Что-то там у нее стряслось, авария, что ли…

— Она сбила человека. К сожалению, насмерть.

— Какой кошмар. – Вадим Артурович еще отхлебнул из чашки. – Знаете, это весьма печально. И еще печальней, что она не доехала до меня.

Я почувствовал, как внутри что-то екнуло.

— Почему печально?

— Видите ли, это конфиденциальная информация. Я не могу вам ее открыть. Вы ведь слышали о врачебной тайне.

— Послушайте, я слышал о врачебной тайне. Но в данном случае я пытаюсь помочь Красниковой. Она сидит в тюрьме. Ее осудили по статье «Причинение смерти по неосторожности».

— При чем здесь ее диагноз?

— У следствия есть версия, что ДТП было подстроено специально, чтобы подставить Красникову. Иными словами, кто-то пытался избавиться от нее, лишив свободы. Мы ищем мотивы для совершения преступления. Поэтому мне нужно знать, какой конкретно диагноз вы поставили Красниковой. Чем она страдала?

— Видите ли, – Вадим Артурович замялся, – это сложный момент. У Марины обнаружилось редкое генетическое заболевание. Собственно, оно настолько редкое, что его могли вообще не обнаружить – мало где делается такое исследование, и к нему должны быть веские показания. Мне показались странными и подозрительными некоторые ее анализы, и я… я отправил их в специальную лабораторию. Оттуда пришел ответ.

Я слушал, затаив дыхание. Вадим Артурович снял очки, протер их салфеткой и продолжал:

— Да, ответ. Марина Красникова рисковала родить ребенка с врожденным заболеванием. Это страшное заболевание, вызывающее различные уродства. Долго такие дети не живут, от силы три-пять лет. Но не все так плохо. Ген передается по материнской линии, и страдают от него лишь младенцы мужского пола. Иными словами, Марине ни в коем случае нельзя иметь сына. А дочь можно. Девочка будет абсолютно здорова. – Он замолчал и поглядел на меня с ожиданием. – Вот, собственно, это я и хотел сказать Красниковой в тот день. Но не сказал.

— Спасибо! Спасибо вам большое! Вы даже представить себе не можете, насколько то, что вы рассказали, важно для Марины.

Врач слегка пожевал губами и снова протер очки.

— Пожалуйста. Я рад был помочь. А вы, молодой человек, не пугайтесь. Сейчас есть прекрасные способы зачать ребенка необходимого пола. ЭКО ИКСИ, например.

Видимо, я выглядел настолько растерянным и нелепым, что он улыбнулся.

— Вы ведь не просто как следователь пришли сюда? Я вижу по вашему лицу – Марина вам дорога. Так вот, она может иметь детей. Здоровых детей. Просто это будут девочки. – Вадим Артурович встал. – А теперь, простите, я вас покину. Меня ждет пациентка. Если что – приходите вместе, я все подробно вам расскажу. Дам указания и рекомендации, как действовать. Желаю удачи. – Он вышел, оставив кабинет открытым.