Книга Круиз по краю ада, страница 33 – Татьяна Бочарова

Она кивнула и промокнула салфеткой кончик носа.

— Замерзла? – сочувственно спросил Михалыч.

— Ага.

— На вот. – Он достал из-за пазухи медную фляжку.

— Это что?

— Это? Напиток моряков, ром. Пей, не бойся, сразу станет тепло.

Мира глотнула и закашлялась.

— Еще, – спокойно велел Михалыч.

— Меня стошнит!

— Не стошнит. А если и стошнит, не страшно, кругом вода.

Мира сделала еще пару глотков и почувствовала, как по телу разливается тепло. Голова стала тяжелой и ватной.

— Ну вот, – одобрительно произнес Михалыч. – Другой разговор.

За бортом шлюпки плескалась темная вода. Дождь давно закончился. Мира подняла глаза и увидела звездное небо. «Если я вижу звезды, значит, все не так плохо», – решила она.

— Если хочешь, подремли. А то укачает. Спи, закрывай глаза. – Голос Михалыча звучал ласково и убаюкивающе.

Мира почувствовала, что и впрямь засыпает. Возможно, так действовал ром, а может, она просто дьявольски устала от пережитого волнения. Веки ее стали слипаться. Михалыч напротив вдруг обратился в Сергея. Тот опустил весла и печально глядел на нее красивыми карими глазами.

— Ты подонок, – сказала ему Мира. – Вы оба подонки. Я ведь верила вам.

— Это все Анжела. Я не виноват. Я не хотел. Думал тебе рассказать, но не смог. Прости.

Мире стало жаль Сергея. Он выглядел совершенно убитым. Все же она ответила сердито:

— Бог простит.

Сергей понуро кивнул и начал грести. От весел в лицо Мире летели мелкие холодные брызги. Ветер по-хозяйски трепал ее волосы. Звезды наверху то исчезали, то появлялись вновь. Ей было на удивление спокойно и нестрашно…

— Мира! Ми-и-ра, просыпайся!

Она открыла глаза и тут же почувствовала боль во всем теле. Над горизонтом висел гигантский розово-желтый шар. Рассвет. Михалыч сидел на носу и хлебал из фляги. Совсем рядом с лодкой покачивалась на воде крупная чайка, время от времени хватая клювом рыбешек.

— Мы приплыли? – Мира осторожно вытянула затекшие ноги.

Он кивнул куда-то в сторону. Мира повернула голову и увидела темные очертания берега метрах в двадцати, не более. Если приглядеться, можно было различить густые заросли камышей и мокрый песок за ними.

— Это что? Город, поселок? – Мира всматривалась в даль и видела низкие домишки.

— Поселок, – сказал Михалыч. – Между Мышкином и Угличем. Ты не замерзла?

— Нет.

— Ну хорошо. Сейчас вылезем, приведу тебя в хорошее место. Согреешься, поешь, можешь душ принять.

Шлюпка медленно причалила к берегу. Михалыч помог Мире выйти. От многочасового сидения в ноги впивались тысячи крошечных иголок. Они привязали лодку в камышах и пошли по песку к домам.

Это действительно был поселок. Он стоял на самом берегу. Здания по большей части одноэтажные, с мансардами, в основном деревянные. В конце улицы виднелась единственная каменная постройка в три этажа.

— Нам туда, – указал на нее Михалыч.

Через пять минут они стояли у кирпичного здания. Небольшой солнечный дворик был вымощен плиткой, из швов которой пробивался желтоватый мох. Над входной дверью висела табличка с надписью «Отель «У карася».

— Что это? – удивилась Мира. – Мы будем жить в гостинице? Нас тут моментально вычислят.

— Не вычислят. Это моя гостиница. Я здесь хозяин. – Михалыч распахнул дверь. – Заходи, не стесняйся.

За стойкой ресепшена дремала полная пожилая женщина с химической завивкой. Услышав, что кто-то вошел, она открыла сонные глаза.