Книга Миг счастья ускользающий, страница 67 – Татьяна Бочарова

— Теть Лен, ты чего такая сердитая?

Лена толкнула его ногой под столом.

— Прекрати называть меня «тетя Лена»!

— Но ты же сама сказала, что я твой племянник. – Он надорвал банановую кожуру.

— Мало ли что я сказала. И вообще, веди себя прилично.

— Что значит «прилично»? – Денис вопросительно заглянул Лене в лицо.

— То и значит. Она, между прочим, еще старше, чем я.

— Ты это к чему? – Он похлопал рыжеватыми ресницами.

— А вот и пиво! – торжественно объявила возникшая в дверях Тамара, – Ден, ты какое больше любишь, светлое или темное? Ничего, если я буду тебя так называть?

— Можно, – великодушно разрешил Денис.

— Так какое пиво?

— Светлое.

— Фантастика! – завопила Томка. – Я тоже обожаю светлое. А Ленка только темное пьет. А знаете, уже научно доказано, что светлое пиво предпочитают люди, открытые по характеру, а темное – интроверты, которые «вещь в себе». Так что, Ден, твоя тетка – существо таинственное и замкнутое для окружающего мира, а мы – ее полные антиподы.

— Ну и хорошо, – отозвался Денис, открывая банки, – а то было бы неинтересно.

Лена слушала обоих и не переставала поражаться себе самой. Стоило рядом с Денисом появиться любому существу женского пола, будь то хоть не достигшая совершеннолетия Алка, хоть Томка, имеющая сына-подростка, она тут же ощущала себя не в своей тарелке, чувствовала дискомфорт. Вот и сейчас ей было трудно вклиниться в разговор, руки и ноги стали деревянными, движения потеряли естественность и гибкость. Лена вымученно улыбалась, хотя на самом деле ей хотелось немедленно выдворить Томку вон из квартиры.

Креветки сварились. Лена выложила их на большое блюдо и подала к пиву. Томка тем временем придвинулась вместе с табуреткой вплотную к Денису, нежно похлопывала его по руке и вела оживленную беседу на тему «у нас в Москве, у вас в Тамбове». Она уже прилично захмелела, щеки ее зажглись румянцем, глаза подернулись туманной поволокой. Денис с готовностью хохотал над каждым ее словом и вообще вел себя по отношению к ней подчеркнуто любезно и дружелюбно, точь-в-точь как с Леной в тот первый день, когда она разрешила ему остаться у себя.

«Все правильно, – мрачно подумала она, – подыскивает себе новое место жительства, вербует клиентуру». А что? Томка ему вполне подходит, пожалуй, даже больше, чем сама Лена. И комплексами не страдает – многолетняя жизнь с Жекой ее закалила, приучила философски относиться к мужскому коварству и неверности.

Они допили пиво и перешли в гостиную. Тут взгляд Тамары упал на стоящую в углу зачехленную гитару.

— Ой, жаль, Витюши нет, – огорчилась она, – а то бы спели.

— Мы и без него споем, – тут же утешил ее Денис.

— Разве? – Томкины глаза радостно сверкнули. – Ты умеешь играть?

Денис, ничего не отвечая, уже снимал с гитары кожаный чехол. Он подергал струны, проверяя строй, слегка подкрутил колки и удовлетворенно кивнул.

— Что поем?

— Да ты небось то, что мы поем, и не слыхал никогда, – засмеялась Тамара. – Теперь-то у молодежи не песни, а сплошная речовка, а в наше время пели Окуджаву, Визбора, Галича, Никитина.

— Вы начните, – велел Денис, – а я подберу.

Тамара наградила его обворожительной улыбкой, тряхнула волосами и тонким, чуть хрипловатым сопрано затянула: «Виноградную косточку в теплую землю зарою».