Книга Пианистка, страница 143 – Татьяна Бочарова

— Такая молодая. Жалко-то как.

И Карина поняла, что Лели больше нет.

Она еще продолжала сидеть с засученным рукавом, машинально прижимая локтем вату, тупо уставясь в чисто вымытый пол, пока не услышала над головой знакомый голос:

— Господи, какое горе! Бедная девочка.

Карина подняла голову.

Перед ней стояла Тамара, в коротком расстегнутом пальто, без шапки. Ее черные, в синеву, волосы растрепались и небрежно спадали на плечи, по щекам текли слезы.

— Пойдемте, я отвезу вас домой. Я на машине.

Карина покорно поднялась, надела дубленку.

Они вышли в темный двор, пересекли его и остановились возле синей «пятерки».

— Самолет прилетит около часа ночи, – проговорила Тамара, открывая дверцу. – Вы сейчас отдохните, а часам к двенадцати я за вами заеду. Мне до вас недалеко, минут тридцать. Поедем их встречать. – Она уселась за руль, тяжело вздохнула. – Поверить не могу во все это. Кошмар.

Машина плавно тронулась с места. Тамара достала из бардачка сигареты.

Карина глядела на ее четкий, слегка тяжеловатый профиль и машинально отмечала, что она удивительно похожа на Вадима и курит точно так же, держа сигарету левой рукой.

Отчего в голову ей лезут такие пустые, ненужные мысли? Леля мертва, осталась лежать там, в палате, одна, под безжалостно-ярким светом трескучих ламп. Она больше не заговорит с Кариной, не засмеется звонким, детским смехом, не заплачет, размазывая слезы по розовым щекам. Никогда.

— Никогда, – повторила Карина вслух.

Тамара скосила глаза в ее сторону.

— Карина, вы сейчас приедете и ложитесь, поспите. Обязательно! Примите что-нибудь. У вас есть?

Она молча кивнула.

У нее есть. Лелины таблетки, которые заставляли ту спать ночами и не знать о том, как обманывают ее любимый муж и лучшая подруга. Интересно, сколько их надо выпить, чтобы хоть на несколько часов забыть обо всем: о Лелиной святой наивности, о собственной подлости?

Нет, никакие таблетки ей теперь не помогут. Ни ей, ни Олегу, который сейчас в воздухе, летит и не знает, что ему больше не нужно делать трудный выбор, мучиться, разрываться на части. Судьба освободила его и от нежеланного ребенка, и от нелюбимой жены. Страшной, непомерно высокой ценой.

Минут через двадцать они приехали.

— Все, моя хорошая. – Тамара ласково погладила Карину по плечу. – Не терзайтесь, вы ни в чем не виноваты. На все воля божья. – Она вытерла набежавшие слезы. – Надо собраться с силами, через несколько часов придется говорить с Олегом. И с Вадиком… – Ее голос сорвался, она остановилась на полуслове, дожидаясь, пока Карина покинет салон.

«С Вадиком! – с неожиданной злостью подумала та, глядя, как «пятерка» разворачивается в узком проезде. – Он-то здесь при чем, ее Вадик?»

Спотыкаясь, она поднялась по лестнице. Зашла в свою квартиру, в которой не бывала толком уже пять дней, с тех пор, как уехал Олег. Бесцельно побродила по гостиной, зашла в спальню. На глаза ей попалась лежащая на комоде зажигалка Олега, которую он забыл накануне отъезда. Рука машинально протянулась, чтоб спрятать ее, и застыла. Зачем прятать? Лели больше нет. Она ничего не увидит.

Внезапно ее пронзила дикая, ужасная мысль.

Что, если Леля все сделала нарочно? Она знала правду и решила самостоятельно свести счеты с жизнью. Как тот парень, о котором рассказывала Саша по пути в Суздаль.