Книга Проклятье Снегурочки, страница 30 – Татьяна Бочарова

— Вот что, господа, – наконец проговорил он решительно. – Мне нужно сделать парочку важных звонков. Я отойду во двор, под навес, чтобы вам не мешать, а то здесь места с гулькин нос.

— Смотри не промокни, – засмеялся Добродеев.

— Нет, я по-быстрому.

Плотников ушел.

— А ведь у меня в холодильнике есть мороженое, – вдруг вспомнила Валентина. – Хотите?

— Хотим, – ответил Виталик.

Ольга сделала страшные глаза.

— Как тебе не стыдно? И так без приглашения пришли.

— Да ладно, – улыбнулась Валентина. – Федя, сделай милость, достань из морозилки брикеты.

— Будет исполнено, – шутливо произнес Добродеев и вдруг, пошатнувшись, схватился за столешницу.

— Что с тобой? – с тревогой спросила Валентина.

— Н-ничего, – выдавил Добродеев, улыбаясь через силу. – Почему-то голова закружилась. Наверное, от обжорства – печенья переел.

— Ты сядь, я сама схожу, – проговорила Валентина.

— Да… хорошо… – Голос Федора звучал все слабее, а сам он внезапно сделался бледным как мел.

Виталик перестал пить чай и пристально смотрел на Добродеева, медленно оседающего на скамейку.

— Что вы смотрите? – истерически выкрикнула Валентина. – Ему же плохо! Не видите? Сделайте что-нибудь! Это, наверное, сердце.

— Это не сердце. – Виталик встал и, крепко обхватив теряющего сознание Добродеева, усадил его на лавочку. – Оль, посчитай ему пульс.

— Очень слабый, – сказала Ольга, держа Федора за запястье.

— Срочно вызывайте «Скорую», – велел Виталик Валентине.

Та кивнула и взялась за телефон.

— Едет, – тихо проговорила она через минуту. В глазах у нее была боль. – Вы оказались правы. Павел действительно хотел убить Федора. Мы вовремя приехали.

— Павел! – спохватился Виталик. – А где он? Где ваш муж?

— Черт! – Ольга подбежала к окну. – Во дворе его нет! Он смылся!

Валентина, не слушая их, склонилась над Добродеевым:

— Федя! Феденька! Очнись! Пожалуйста, услышь меня.

Добродеев не отзывался. Глаза его были плотно закрыты, лицо синело на глазах.

— Боже! Он умирает! – вскрикнула Валентина и громко зарыдала.

В это время раздался звонок.

— Это «Скорая»! – Виталик вскочил. – Я открою.

Он кинулся на улицу. За калиткой действительно стояла машина «Скорой помощи».

— Где больной? – спросил молодой врач с темной бородкой.

— В доме. Идите за мной. – Виталик провел бригаду в комнату, где лежал Добродеев.

Бородатый наклонился над ним, послушал стетоскопом сердце и скомандовал девушке-фельдшеру:

— Даша, срочно димедрол внутримышечно.

В руке у девушки мелькнул шприц.

— Теперь ему должно полегчать, – сказал бородатый. – Но мы его забираем в больницу.

— Я поеду с вами, – встрепенулась Валентина.

— Хорошо, только скорее.

Шофер принес носилки, и Добродеева погрузили а машину. Заплаканная Валентина села рядом. Двери захлопнулись, и «Скорая» умчалась, оглашая поселок воем сирены. Ольга и Виталик остались стоять во дворе под дождем.

— Вовремя мы успели, – проговорила Ольга.

— Да, вовремя. Не то была бы Федору крышка. Плохо только, что Плотников успел улизнуть. Думаю, он не вернется домой, смоется куда-нибудь, и пиши пропало.

— А вот и нет! – раздался от калитки голос Кирилла.

Он входил на участок, держа за шиворот Плотникова и толкая его перед собой. За ними шла Анжела.

— О, Кир! Как вы вовремя, – обрадовался Виталик. – Как вам удалось его перехватить?