Книга Соло для влюбленных, страница 75 – Татьяна Бочарова

Лариса сделала шаг вбок и едва не упала, споткнувшись о валяющуюся на полу телефонную трубку.

— Господи, ты с ума сошел! – Она подняла ее, вернула на аппарат. – Я тебе три часа пытаюсь дозвониться. Не видишь, что с телефоном?

— Говорю же, я спал, – все так же неуверенно проговорил Глеб.

— Тебе надо померить температуру, – твердо сказала Лариса. – Есть в этом свинюшнике градусник?

— Брось, я здоров, – он отмахнулся так резко и неловко, что задел стол. Очевидно, тот стоял на трех ножках вместо четырех, так как сильно накренился и с него все посыпалось.

— Черт! – выругался Глеб, принимаясь поднимать бумажный и прочий хлам.

— Сколько ты платишь за эту конуру? – поинтересовалась Лариса, приходя ему на помощь.

— Нисколько, – сердито пробурчал он. – Театр платит.

— Ясно, – насмешливо проговорила Лариса, – экономят на всем. Уж стол-то хозяева могли бы починить.

— Могли бы, – согласился Глеб и потянулся к газете, лежащей у ее ног.

— Да подниму я, подниму, – успокоила она его. Под газетой оказалась распечатанная пачка сигарет «Беломорканал».

— Боже мой, это кто ж курит такое? – удивилась Лариса. – Хозяева, что ли?

Глеб кивнул, продолжая сидеть на полу, напряженно глядя на нее.

— Так они тут часто бывают? – Лариса небрежно кинула пачку на стол. – Что ж не уберут как следует?

— Да ну их! – Глеб поднялся, и его лицо чуть оживилось. – Век бы не видеть этих хозяев. Достали!

— Или ты их? – ехидно спросила Лариса и улыбнулась.

— Или я, – он тоже ответил улыбкой.

— Знаешь, что касается меня, я никогда бы не сдала тебе комнату. Слишком много беспорядка.

— А что касается меня, я никогда бы не снял комнату у тебя. Зачем платить, если можно жить бесплатно?

Лариса спохватилась. Зачем она ехала сюда: чтобы снова заниматься зубоскальством? Почему она не может быть серьезной в присутствии Глеба, почему их общение – сплошная словесная пикировка, которая всегда заканчивается одним – постелью?

— Перестань, Глеб, – она постаралась придать голосу суровость. – Я приехала не просто так. Мне нужно кое-что сказать тебе, но не в такой обстановке. Для начала приведи себя в порядок, сходи в душ. А я немного приберу здесь. Пылесос, надеюсь, имеется?

— Кажется, был. – Глеб нетвердой походкой прошел в коридор и приволок оттуда огромный допотопный агрегат. – Такой пойдет?

— Пойдет, – махнула рукой Лариса. – Давай топай.

— О’кей, – Глеб кивнул и направился в ванную. Вскоре оттуда послышался шум льющейся воды.

Лариса вставила вилку пылесоса в розетку, нажала на кнопку. Раздался шум, сравнимый разве что с ревом раненого динозавра. Несмотря на жуткие звуки, издаваемые им, пылесос тянул как зверь. В пять минут на полу не осталось ни пылинки. Лариса сбегала на кухню, отыскала сомнительного вида тряпку, намочила ее и стерла толстый слой пыли со стола и секретера. На этом пришлось закончить, так как все остальное требовало более капитального вмешательства – стирки штор и покрывала, уборки на полках, заставленных книгами вкривь и вкось.

Вода в ванной все еще лилась, и Лариса в ожидании Глеба уселась в единственное кресло с жесткими подлокотниками, стоящее около стола. Она уже не была уверена, что разговор так уж нужен.

Жалость к Глебу, которая овладела ею при виде убогой обстановки, в которой он вынужден жить, с каждой минутой крепла. Работа у него каторжная, а он никогда и виду не подаст, что устал, только смеется да шутит. А на самом деле с ног падает и мечтает выспаться. Да и кто сказал, что если молодой, то обязательно здоровый? Вон как у нее сегодня сердце прихватило – упала бы возле прокуратуры, если бы не Женька Богданов. Может, и у Глеба проблемы с сердцем: жара, поют они теперь по пять часов, а то и больше, и вид у него, прямо сказать, неважнецкий.