Книга Я за тобой вернусь, страница 84 – Елена Гордина

— А что слышали-то? — Лена не была уверена, что хочет это знать, но деваться ей было некуда.

— Так говорят, что Козлов помогал отправлять на тот свет больных, ну, тех, кому жить мало осталось. Представь, вот лежит у тебя дома бабка старая, в деменции, десять лет лежит, и ни у кого больше ни сил, ни денег нет за ней ухаживать. А здесь Никита и его предложение, уж не знаю, какое там, но, видимо, работало! Поганые-то родственники готовы любые деньги отдать, лишь бы и больной отмучился, и им самим руки развязать! А если, например, речь о квартире идет? Надо кого-то на тот свет скорее отправить, чтобы хату занять, а здесь опять Козлов предлагает помощь!

— Какую помощь-то? — Лена не понимала вообще, о чем идет речь.

— А вот это я сама не поняла! — пожала плечами уборщица. — Видимо, что-то он делал такое, за что ему огромные деньги и платили. А ты что, не знала? — Она недоверчиво на нее взглянула. — Так ли и не знала?

— Не знала, Ефросинья Дмитриевна… — Лена уже так устала от последствий этого брака, который длился несколько часов, но буквально сломал ей жизнь. — Я и предположить не могла, что он мог такой ерундой заниматься, и главное, зачем? У него такие богатые родители… не понимаю я ничего… Зачем ему это, если у него денег как у дурака махорки?

— Так не было у Козлова-то богатых родителей. — Пожилая женщина перешла на шепот. — Я его родителей-то, так получилось, хорошо знала, в одном дворе жили. Никита-то, как в больницу пришел работать, меня не узнал сначала, а потом доплачивал мне, чтобы молчала. А я что, я молчала, деньги хорошие он платил, на дороге не валяются, а зарплата-то у меня маленькая, так что я виноватой себя не чувствую.

— Что-что? — не поверила своим ушам Лена. — Так у него отец не владелец металлургического завода, что ли? А откуда у него такая роскошная квартира тогда? А дорогущие иномарки откуда? У него точно отец не владелец завода?

— Да какого завода! — махнула рукой Ефросинья Дмитриевна. — У него и отца-то не было, так, по пьянке мать переспала с кем-то — и Никита родился. У него еще пять братьев и сестер, он самый младший, жили как бомжи они, вечно грязные, оборванные какие-то…

— Я ничего не понимаю, — Лена потерла лоб, — вернее, теперь понимаю, откуда у него все это! Вы же сами сказали, что ему за услуги платили огромные деньги, и чтобы не вызывать подозрений, он и придумал историю с богатым папочкой! И из больницы он именно поэтому и не увольнялся, ему контакты умирающих людей были нужны и их родственников! И ведь все ему поверили! — Лена запутывалась все больше и больше. — А с кем я тогда по телефону разговаривала? Я с его родителями пару раз общалась!

— Ну, попросил, значит, кого-то! — ухмыльнулась уборщица. — Но как ты во все это вляпалась, я ума не приложу! Ты же умная женщина, я так удивилась, когда узнала, что ты замуж за него согласилась выйти! Зачем?

Лена промолчала, на этот вопрос у нее не было ответа.

— Я, пожалуй, буду собираться — и домой! — Лена решила закончить этот неприятный разговор.

Ефросинья Дмитриевна это поняла и обиженно поджала губы.

— Ну, прощай тогда! — И уборщица вышла из кабинета.

А Лена собрала личные вещи в коробку и покинула больницу, в которой проработала последние пятнадцать лет. Ей хотелось плакать, но вместо этого она поехала в офис к Малашенко, как они и договаривались.