Книга Тайна багрового камня, страница 63 – Наталья Николаевна Александрова

И что мне теперь делать? Идти с этим в полицию я не могу. Во-первых, это не доказательство — сапоги-то сгорели. А во‐вторых, они станут меня допрашивать, говорил же Виктор, что у них там драконовские порядки, их с собачкой три часа продержали.

Но дело даже не в этом. Там выяснится, что я Василию вовсе не двоюродная сестра, и меня спросят, что я делаю в этом поселке. Придется им рассказать все как есть, и это, несомненно, наведет на меня людей из «Стройтраста».

Да и в полиции мне не поверят, скажут, что я все придумала, а проверять никто не станет. У них тут двойное убийство висит, а я жалуюсь, что меня преследуют.

Мало ли что я наплела, они скажут: вас же, девушка, не убили и даже ничего вам не повредили, а вот когда это случится — тогда и приходите. Подавайте заявление, как по закону полагается, вот тогда мы вас выслушаем, все проверим… в общем, дело обычное.

Нет, говорил же дядя Юра, чтобы я сидела тихо и не высовывалась. Так что пока я ничего не могу сделать.

Тут я осознала, что стою посреди участка и пялюсь в пространство. Это привлекает внимание — вон Марья Гавриловна по улице идет, еще привяжется с разговорами.

Послышался лай Оськи. Я очень точно различаю интонации лая своей собаки, так что сейчас сразу поняла: кошка. И верно, трехцветная, довольно упитанная киса выглядывала из подвального окна дома Василия. Надо же, а раньше оно вроде бы было закрыто.

Оська весело лаял, держась, однако, в сторонке, кошек он не боялся, но опасался. Кошка прекрасно поняла обстановку, не спеша вылезла из окошка, распушилась и выгнула спину. Оська отошел еще дальше.

Кошка зашипела, и Оська замолчал. Тогда она неторопливо прошла по участку и скрылась за забором.

— Вот то-то, — сказала я Оське, — договорились же не связываться с кошками. Ни к чему хорошему это не приводит.

Оська пристыженно удалился, а я решила закрыть подвальное окно. Но раму заклинило, снаружи я никак не могла ее поправить, так что пришлось лезть в подвал. Окно было довольно широкое, и я пролезла без особого труда.

Подвал был довольно большой, на весь дом, только заваленный каким-то хламом. Были тут ломаные ящики и картонные коробки — судя по всему, наполненные какой-то трухой, — детский трехколесный велосипед, стеллаж с какими-то странными железяками и даже две спинки от старой кровати с медными шишечками. Все было покрыто таким слоем пыли, что было ясно: в подвал давно никто не заходил, кроме кошек. Это, кстати, хорошо, значит, тут нет мышей.

Я вытащила застрявший шпингалет, теперь окно можно было закрыть. Не хотелось через него вылезать, поэтому я хотела определить, где выход, должна же быть какая-то лестница и дверь. В доме я их не видела. Здесь, как оказалось, дверь тоже отсутствовала. Ну, не было ее в обозримом пространстве.

Кстати, в подвале было темновато, потому что выключатель-то я обнаружила, но лампочка в обычном патроне, очевидно, давно перегорела. Однако я — девушка упорная и поставила себе целью выяснить, как же можно попасть в этот подвал.

Ведь, судя по хламу, когда-то сюда складывали все ненужное. Но не через окно же они вносили, к примеру, кровать?

Оська заглядывал из сада в подвальное окно и вопросительно лаял.

— Да замолчи ты! — шикнула я, не хватало еще, чтобы Василий меня тут застал. Хотя… он предупреждал, чтобы я не входила только в одну комнату, а про подвал ничего не говорил. Скажу, что кошку выпускала, что в общем-то соответствует действительности.