Книга Проклятие Тары, страница 78 – Алекс Монт

— Вполне, — убежденно согласился Георгий.

— Ну и лады. А сейчас займись Гималаями, потом с тобой мнениями обменяемся, а в город — ни ногой! Даже не думай!

— Да понимаю, не маленький!

— Понимаешь, да не въезжаешь! — с укоризной пробурчал генерал. — Если Марина твоя позвонит, ведь как пить дать сорвешься!

— Никуда я не денусь, не переживайте!

— Ну-ну, поглядим.

В то время как они общались под фирменный генеральский чаек в Жуковке, в столовой Иссерсоновой квартиры состоялся не менее примечательный разговор.

— Ты где был? — испепеляя мужа взглядом, потребовала объяснений Марина.

— Я же тебе говорил, — Матвей аж опешил от ее наступательного порыва. — Ездил по делам в Серпухов.

— Ну и?

— Что ну и? Не понимаю, что за тон у тебя сегодня? — возмутился Матвей. Он догадывался, где кроется причина нервного состояния жены, но не стал подавать виду.

— Георгия убили, — наконец проронила женщина и разрыдалась.

— Я знаю, смотрел новости, — печально вздохнул он и подошел к жене. — Пойми, его не вернешь, а нам нужно как-то жить дальше, — мягко произнес он, проведя ладонью по ее волосам. Всхлипнув, она не отстранилась. — Понимаю, тебе нелегко, но его нет, и он не может теперь разделить нас, — шептал он ей в ухо, пытаясь приобнять. Она уклонилась от его рук и, повернувшись к мужу, с неподдельной горечью бросила:

— Ты прав, Матвей, его уж нет, а нам надо жить, вместе жить, — перестала всхлипывать женщина. — Дай мне время все забыть, и я обещаю, что буду верна тебе и мы обязательно родим ребенка. Но сейчас мне нужно это пережить, — ее голос срывался. — Может, новые впечатления отвлекут меня, — глухо пробормотала она.

— Конечно, о чем речь! — его счастью не было предела. Даже в дерзновенных мечтах он не мог себе представить подобного исхода и всячески оттягивал приезд домой. Он боялся, что Марина устроит ему скандал, закатит истерику и обвинит в убийстве. Но о чудо! Ничего такого не случилось! — Только скажи, слетаем в Париж или Лондон, по музеям пошляемся, или на Бали рванем! Не хочешь со мной, езжай с Элкой. Я все оплачу! — радостно зачастил Матвей, смотря на жену влюбленными, полными обожания глазами.

— Мы обязательно съездим и на Бали, и в Лондон, и в Париж, но мне нужно другое, понимаешь? Работа, осмысленная деятельность, только она… заберет мою грусть, — выдержав паузу и уже не плача, вымолвила она.

— О чем разговор! На Байкал, так на Байкал! Только скажи! Если это развлечет тебя и ты о нем забудешь, поедем в экспедицию вместе, — безропотно согласился он.

— Ты чуткий, тонко чувствующий человек, дорогой! — всем телом она прижалась к мужу и выбежала из комнаты.

Демидов уверенно вел аэроплан, несмотря на утренний сумрак и боковой ветер, представлявший серьезную угрозу для двухместных неманевренных «Вуазенов». Механики демонтировали поврежденную радиостанцию, в кабине стало просторнее, и он мог вытянуть ноги. Из-за усилившегося ветра военлету пришлось скорректировать курс и лететь в Ургу по дуге. Выручил дополнительный бак с горючим, позволивший беглецам дотянуть до заброшенной скотобойни в окрестностях города. Сидевший на месте наблюдателя Берг нервничал. Попадись они в руки красных из состава экспедиционного корпуса комкора Гайлита или монголов товарища Сухэ, их шлепнули бы после первого же допроса. Хоть они и обзавелись документами на случай нежелательных встреч на подконтрольной большевикам территории, их бегство в последний день уходящего 1921 года вряд ли осталось тайной для монгольских товарищей. Блюхер наверняка предупредил об угоне аэроплана штаб экспедиционного корпуса в Урге, хотя в этом вопросе существовало одно «но». Военмин не любил выносить сор из избы.