Книга Босс, наркоз и любопытный нос, страница 97 – Наталья Николаевна Александрова

Та снова приосанилась: Надежда ждет от нее совета, ждет решения, значит, признает ее авторитет, ее лидерство!

Она не заставила ждать ответа:

— Сигнализировать!

И тут же, чтобы не упустить инициативу, достала из кармана мобильный телефон.

Этот телефон ей подарил любимый внук Леша. Сам он называл нехитрое устройство «бабофоном» – аппарат отличался простотой конструкции, отсутствием лишних навороченных функций и крупными, хорошо различимыми цифрами. Именно то, что нужно пожилому человеку от современной техники.

В память телефона тот же Леша вбил самые нужные бабушке номера: свой собственный, своей матери, то есть дочери Антонины Васильевны, участковой поликлиники, районного собеса и трех ближайших бабушкиных подруг.

Антонина самостоятельно ввела в память еще один, крайне необходимый ей номер – номер участкового уполномоченного полиции Фунтикова.

Фунтикову она звонила часто, по самым разным поводам. Она сообщала ему, что в квартире на третьем этаже в неурочный час слишком громко играет музыка; что Валера Полосатов из второго подъезда регулярно ставит машину на газон; что Ленка из двенадцатого номера курит на лестничной площадке; что в подъезд вошел подозрительный человек, несомненно, кавказской национальности – и еще о десятках подобных вопиющих фактов.

Первое время Фунтиков никак не реагировал на ее звонки, то есть просто благодарил, вешал трубку и тут же выбрасывал все из головы. Но Антонина Васильевна не успокаивалась, она звонила снова и снова, пока несчастный участковый не приходил и не делал хоть что-нибудь – проводил профилактическую беседу с Ленкой и Валерой, выяснял личность подозрительного кавказца…

Скоро участковый понял, что от Антонины просто так не отвяжешься, только потеряешь больше времени на разговоры, и теперь он являлся по первому же ее звонку.

И вот сейчас Антонина Васильевна набрала номер Фунтикова.

— Участковый Фунтиков слушает! – проговорил тот официальным тоном.

— Это я, Федор Михайлович! – затараторила пенсионерка, прикрыв рот ладонью. – Это Бабочкина!

— Здрасте, Антонина Васильевна! – тоскливо протянул участковый, предчувствуя очередную головную боль. – Ну, что на этот раз случилось? Опять кто-то курит в неположенном месте?

— Нет, Федор Михайлович! – Антонина еще больше понизила голос. – Тут посерьезнее дело. Тут террористы возле нашего подъезда сидят! Так что нужно принимать меры!

— Что? – переспросил участковый, решив, что ослышался. – Трактористы? Так это, наверное, дорожные работы проводят… покрытие давно поменять собирались…

— Да не трактористы, а террористы! – сердито перебила его женщина. – Что я, по-вашему, тракториста от террориста не отличу? Я телевизор регулярно смотрю!

— Да с чего вы взяли, что это террористы? – осведомился Фунтиков, почувствовав смутное беспокойство.

— А с того, что приехали на огромной машине, сидят в ней уже несколько часов и наблюдают! Сразу же ясно, что террористы!

— Ну, я не знаю… – протянул участковый.

— Зато я знаю! – оборвала его Антонина Васильевна. – Так что – будете реагировать на мой сигнал или мне в другие компетентные органы обратиться?

Участковый хорошо знал настырный характер бдительной пенсионерки. С нее станется дозвониться до полицейского начальства или до какой-нибудь еще более серьезной организации. А ему потом влетит за недостаток бдительности. Известно ведь, что в этом вопросе лучше переборщить, чем прошляпить.