Книга Босс, наркоз и любопытный нос, страница 61 – Наталья Николаевна Александрова

— Про это я очень хорошо понимаю, – тот мужик говорит. – У меня самого проблемы с памятью были.

И рассказывает, что в том ДТП, про которое идет речь, водитель «Лендкрузера» погиб на месте, а сам он был за рулем «Ауди» и сильно пострадал. Так вот, если я ему помогу кое-что про ту аварию выяснить, то и он мне поможет. Материально. То есть деньгами.

И дает он мне сразу денег, так сказать, в виде аванса и чтобы доказать свои добрые намерения. Не сказать, что очень много, но при моей бедности не так уж плохо.

Ну, я думаю – где наша не пропадала! Дело то старое, наверняка давно уже забытое, а деньги – вот они, новенькие, хрустящие, и наверняка еще заработать можно.

И рассказал я ему, как тогда дело было. Про свои сомнения насчет его подозрительной травмы и про то, что мне медэксперт рассказал – про результаты вскрытия…

Мужик тот – а это и был твой Шубин – очень моим рассказом заинтересовался и сказал, чтобы я после смены приходил в одно такое кафе неподалеку. Чтобы поговорить с ним.

Смена кончилась, я пришел куда было сказано.

Он меня там уже поджидал.

А я, пока суд да дело, думал про ту историю, и появились у меня сомнения. Что-то не мог я узнать этого мужика – вроде тот, а вроде не тот. Хотя, после аварии он такой разукрашенный был, что немудрено не признать, но все же память на лица у меня очень хорошая. И опять же – что это он столько времени ждал, а тут вдруг заинтересовался той аварией? Подозрительно как-то!

И выложил я ему свои сомнения.

А он мне на это говорит, что после той аварии на какое-то время потерял память. Но теперь она понемногу возвращается, и вспоминает он не очень понятные вещи.

Всплывают у него в памяти как бы неясные картины – то, что было перед самой аварией и сразу после нее.

— И что же это за картины, спрашиваю?

А он отвечает, что перед самым столкновением видел, что в том «Лендкрузере», с которым он столкнулся, сидел не один человек, а двое. Один – за рулем, а второй – рядом, на пассажирском сиденье. И что после столкновения он сознание не потерял и вообще почти не пострадал – подушка безопасности сработала. А вот как только он из-под подушки выбрался – увидел, что идет к нему человек из «Лендкрузера», тот, что был за рулем…

— Тот, что за рулем? – Я его переспрашиваю. – Не может быть! Он погиб при столкновении!

— Я говорю, что видел! – отвечает он. – Подходит ко мне тот человек, заглядывает в машину. Я думал, что он хочет спросить, не нужна ли мне помощь, и сразу сказал, что я в порядке. А он меня вдруг ударил чем-то тяжелым по затылку – и тут уж я отключился…

— По затылку? – переспросил я. – Ну да, у вас главная травма была на затылке. От нее и были все последствия…

Он ничего на это не ответил.

Я помолчал еще минутку, переваривая, что услышал, а потом спрашиваю, чего он от меня-то хочет.

А он говорит, что все про мои дела знает: и про то, что из полиции меня вытурили, и про то, что приличной работы я не могу найти, и пообещал хорошо заплатить, если я смогу для него раздобыть материалы следствия по тому старому ДТП.

— У вас же, – говорит, – наверняка остались в полиции какие-то знакомые?

— Остались, – отвечаю. А сам думаю про то, что у меня в старом кабинете за батареей спрятано. Вот бы мне туда пробраться, достать те старые материалы и продать этому Шубину… вот бы тогда я дела свои поправил!