Книга Босс, наркоз и любопытный нос, страница 102 – Наталья Николаевна Александрова

Валерий обвел взглядом окрестности и тут же заметил подозрительный автомобиль. Лицо его побагровело, глаза налились кровью.

— Ах он, гамадрил кривоногий! – прошипел Полосатов. – Мало того что он к Каринке клинья бьет, так он еще на моем законном месте паркуется! Ну, я тебе сейчас покажу рогалик с марципанами!

Он сел за руль, напоследок выглянул и с чувством проговорил, обращаясь к Надежде:

— Спасибо за сигнал, тетя!

— Всегда пожалуйста… племянничек! – фыркнула Надежда.

Весь дом терпеть не мог наглого Полосатова, а особенно его, так сказать, новую пассию Карину. Та и вовсе была девка без тормозов, с ней даже Антонина Васильевна боялась связываться. Так что очень даже неплохо, что ревнивый Валера наставит Каринке пару синяков, хоть и безвинно. Как говорится, знал бы за что – убил бы!

Валера включил зажигание, выехал со стоянки, развернулся и поставил свою машину поперек тупичка, загородив выезд синему автомобилю. Затем он снова выбрался из машины, достал из багажника монтировку и вперевалку направился к неприятелям.

— Я вас предупреждал? – проговорил он, приближаясь к синей машине. – Я вас по-хорошему предупреждал!

Дальнейшее развитие событий Надежда не стала наблюдать, хотя оно обещало быть интересным.

Двое в черном были временно обезврежены, и этим следовало воспользоваться. Быстрыми шагами Надежда прошла в дворовую арку, пересекла проходной двор и вышла на магистраль, где поймала маршрутку, направляющуюся на Петроградскую сторону, где в новом офисном центре проходила презентация клиники «Филомена».

Предъявив при входе охраннику ворованное приглашение, Надежда вошла в зал. Зал был украшен разноцветными шариками, на сцене играл живой ансамбль, сновали официантки с напитками.

Навстречу Надежде шагнула высокая интересная девица. К лацкану ее пиджачка был приколот бейдж, на котором Надежда прочитала:

«Татьяна Синицына».

«Синицына, да не та, – подумала Надежда. – Внешне подходит под описание, опять же фамилия совпадает, но та, что приезжала к Шубину, была то ли Маша, то ли Даша, то ли Саша. Но никак не Таня. Хотя, возможно, эта растелепа Анна Творогова все перепутала».

— Здравствуйте! – обратилась Синицына к Надежде. – Могу я спросить, какую организацию вы представляете?

— Да, конечно, – пробормотала Надежда, стреляя глазами по сторонам в поисках другой подходящей кандидатуры. – Я из канадской ассоциации ортопедов.

— О, вот как! Очень приятно! А я отвечаю в клинике «Филомена» за связи с общественностью, так что буду рада ответить на любые ваши вопросы…

В это время рядом с Синицыной появился лысоватый молодой человек и озабоченно проговорил:

— Таша, тебя ищет Кольчугин!

— Я сейчас! – отозвалась девушка.

— Таша? – переспросила Надежда. – Так вы – Таша?

— Да, а что? – Синицына улыбнулась. – Извините, я должна отойти, но если у вас есть какие-то вопросы… – Конец фразы Надежда не расслышала, потому что девушка растворилась в толпе.

— Таша! – повторила Надежда Николаевна, ни к кому не обращаясь. – Ее зовут Таша! Значит, это все-таки она, та самая девушка, которая приезжала в пансионат… Не соврала Творогова, хоть с памятью у нее, несомненно, проблемы.

Она обвела взглядом зал, чтобы снова отыскать Ташу Синицыну, и нашла ее в дальнем углу, где девушка разговаривала с невысоким вальяжным господином лет пятидесяти. Надежда направилась в ту сторону, по дороге ей чуть не силой всучили бокал шампанского, и раз уж такое дело – она взяла с подноса у очередной официантки тарталетку с икрой. Хоть и пришла она сюда по делу, но не стоит выделяться из общей публики. А публика усиленно ела и пила, как будто все, как один, приехали с голодного края и не ели дней десять. Надежда удивилась было, но потом поняла: шампанское оказалось на удивление хорошим, а икра – свежей, очевидно, устроители презентации не пожалели денег на продукты.