Книга Роковая монета, страница 91 – Наталья Николаевна Александрова

Иуда подошел к ней:

— Ты сегодня прекрасна, как утренняя заря ранней весной. Позволь мне поцеловать край твоей одежды. Позволь подарить тебе сирийское ожерелье с самоцветами или аравийские ножные браслеты, которые звенят при ходьбе…

— Не говори ерунды! – отмахнулась от него Мария.

— Не буду, коли ты не хочешь. Тогда скажи мне, где Иисус. Его отчего-то не видно.

— Он с ближайшими учениками сейчас в Гефсиманском саду. Только никому не говори об этом – по городу ходят слухи, что первосвященник отдал приказ о его аресте, и стража храма рыщет по всему городу, чтобы схватить его.

— Хорошо, я никому не скажу. Но сейчас же отправлюсь в Гефсиманию, чтобы увидеть его.

— Хорошо! – Мария зарделась. – Я рада… ты тоже услышал его слова и проникся их смыслом. Только будь осторожен – смотри, чтобы стражники не пришли за тобой.

— Я буду осторожен!

Иуда пошел в Гефсиманию, то и дело оглядываясь.

Храмовые стражники не следовали за ним, только плелся позади какой-то хромой бродяга в серой пропыленной накидке. И куда бы ни сворачивал Иуда – этот бродяга неотступно следовал за ним.

Иуда перешел ручей. Впереди показалась ограда Гефсиманского сада. Иуда перебрался через нее и огляделся.

Чуть в стороне, под большой оливой, сидели несколько знакомых из числа спутников Иисуса. Кто-то из них ел краюху хлеба, кто-то пил из кожаной фляги. Сам проповедник стоял поодаль, лицо его было сосредоточено, как будто он молился.

Иуда подошел к нему, быстро оглянулся – и увидел возле самой ограды сада хромого бродягу.

Тогда он обнял Иисуса и поцеловал в щеку, говоря дрожащим от волнения голосом:

— Здравствуй, Учитель! Рад видеть тебя в добром здравии!

Иисус взглянул на него со странной, непривычной жалостью и произнес в ответ:

— Здравствуй и ты, Иуда, ежели можешь. И делай скорее то, зачем пришел.

Иуда поцеловал его в другую щеку и быстро отступил, как бы отстраняясь от происходящего.

Тут же хромой бродяга махнул рукой, и через ограду сада хлынули храмовые стражники.

Спутники Иисуса повскакали с мест и бросились на помощь Учителю, но стражники отогнали их палками, самого же Иисуса схватили и повели в сторону городских ворот.

Марию ввели в просторный кабинет, где за большим столом сидел интересный брюнет лет сорока.

При появлении Марии он вежливо привстал и поздоровался:

— Здравствуйте, Мария Владимировна.

— Здравствуйте, – ответила та, – а мне к вам как обращаться?

— Можете называть меня Армен Степанович.

— Армен Степанович, что я такого сделала?

— Сделали? А почему вы считаете, что что-то сделали? – Брюнет удивленно поднял густые брови.

— Но меня арестовали…

— Что вы, что вы! Никто вас не арестовывал! Вас просто привезли поговорить. Я хочу задать вам несколько вопросов… Всего несколько вопросов – и вы свободны.

— О чем?

— Точнее, о ком. О вашем коллеге профессоре Туманяне Левоне Абгаровиче. Похоже, что вы последний человек, который его видел. Расскажите мне, зачем вы к нему приходили и что произошло во время вашей встречи.

Мария набрала полную грудь воздуха и рассказала о встрече с профессором.

Правда, вспомнив Надеждины наставления, она немного подкорректировала свою историю. Подруга велела ей поменьше болтать, тем более в официальной обстановке. Чем меньше скажешь, говорила она, тем меньше к тебе будет претензий. В некоторых случаях вообще полезно притворяться полной дурой. В данном случае Мария решила, что полная дура – это перебор. Все же эти, из полиции, быстро узнают, что она в университете преподает. И как тогда «полная дура» с этим сочетается?