Книга Дар царицы Савской, страница 110 – Наталья Николаевна Александрова

— Хорошая работа!

— Это вот он! — Ксения показала на Гастона.

Гастон смущенно потупился.

— Да, кстати, — Ксения остановила рыжего санитара, — у меня одна просьба и один вопрос. Вот, передайте это вашему… ну, вы сами знаете кому. И еще вот это, — она протянула флешку, которую дал ей Порфирий, и запись их последнего разговора. — И скажите ему, что я считаю свою работу законченной и что оплату он может произвести тем же способом, как раньше.

— Передам… — санитар бережно взял флешку, — а вопрос?

— Вопрос личный. Как там раненый?

— Ну… вообще-то не положено рассказывать, но так и быть… операция прошла успешно, организм у него крепкий, так что недельки через две его выпишут.

— Слышал, Гастон? — Ксения наклонилась к таксе. — Всего две недели придется потерпеть тебе без хозяина. Привет ему передавайте от синих китов! — Она подняла голову, но рыжего санитара уже не было рядом. Как и машины.

— Что ж, Гастончик, нужно и нам идти. Еще дел полно.

Путь их лежал в бистро «Семеро козлят», где, как она знала, Григорий ужинал в одиночестве. Ей удалось его перехватить перед входом — задержался сегодня из-за случая в больнице.

— Уезжаете? — спросил он, окинув ее взглядом.

— Ну да, — Ксения мягко улыбнулась, — все когда-нибудь кончается, так и мое пребывание здесь подошло к концу.

— Мы ведь больше не увидимся? — спросил он серьезно.

«Надеюсь», — подумала Ксения, но снова только улыбнулась.

Все же Григорий ей чем-то нравился, не хотелось его обижать.

— И ведь… я тут все думал… мать не говорила, что у сводной сестры дяди Коли была дочь… так, может, ее и не было?

— Была, — протянула Ксения, — и сейчас есть. Живет где-то далеко…

— Только не такая красивая! — закончил он, так же улыбаясь.

Но тут же стал серьезным.

— Послушайте, я же все-таки не слепой и не глухой, я знаю, что творится что-то странное вокруг. Михаил пропал, Эльвира сунулась в полицию — так ее просто выгнали, ничего, мол, не знаем, и велели сидеть тихо, если еще больших неприятностей не хочет.

— Боюсь, что придется ей теперь без мужа жить, — хмыкнула Ксения, — но она и раньше не слишком им дорожила. Ладно, хватит о нем. Поговорим о вас. Значит, обратитесь к адвокату Лозовскому…

— Да спрашивал уже, — Григорий поморщился, — скользкий он какой-то, глаза отводит, от ответов увиливает…

— Нажмите посильнее, он точно знает, что было в том, настоящем завещании. Последнее поддельное, я точно знаю, но доказать это будет трудно. Ну, это уж вам решать, будете что-то делать или нет.

— Вот, значит, как… — Он смотрел серьезно, и Ксения хотела сказать, чтобы не пытался ничего понять и разобраться, не его ума это дело, и вообще, чем меньше он будет знать, тем лучше для всех.

Но ничего не сказала. Они помолчали, потом Ксения подняла на руки Гастона.

— Григорий… Гриша, у меня к вам личная просьба.

— Вот это вот? — Он склонил голову набок и заглянул таксе в глаза. — Симпатичная такая просьба!

— Это Гастон. Позаботьтесь о нем пару недель. За ним обязательно придут, я точно знаю!

— Ну… раз вы просите… Гастон, пойдешь ко мне жить?

Гастон равнодушно посмотрел в сторону — а что мне еще остается?

Ксения передала таксу с рук на руки Григорию, поцеловала Гастона в клеенчатый черный нос и ушла, не оглянувшись.

Долго добиралась юная женщина обратно, в страну савеев.