Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 85 – Юлия Алейникова

Значит, власть Денисенко над людьми была не безгранична, и, вероятно, на Коваленко ее харизма или телепатия также не подействовали.

Но вот что любопытно.

Квартира зверски убитой Коваленко была перевернута вверх дном, вещи отовсюду вытряхнуты, половина попорчена, причем испорчены вещи довольно ценные. В квартире определенно что-то искали. Что?

Семейство на этот счет как-то помалкивает. Беспокойства никто из них не проявил, откровенности в состоянии шока не продемонстрировал.

И все-таки в квартире что-то искали, а он об этом как-то подзабыл.

— Да не знаю я, что они могли искать, – раздраженно повел плечами сын покойной. – У матери всегда все на виду лежало. Она же сомнительные компании к себе не водила. Так, старинные подружки захаживали иногда. Мать была человеком довольно замкнутым, точнее не замкнутым, а избирательным, кого попало к себе не приближала, а в последние годы вообще мало с кем общалась. Она всю себя посвятила внучке. Как только Марина в эту дурацкую Вагановку поступила, мать в ней растворилась.

— А почему дурацкую? – удивился капитан.

— А какую еще? Вы дочь мою видели? Маленькая, щупленькая, кожа да кости. Всю жизнь на диете, у станка. Все дети как дети, румяные, на свежем воздухе, а у моей синяки на пол-лица, ни детства, ни здоровья. И это только начало, уж я-то знаю, – горько проговорил Юрий Сергеевич.

И все же, что искали в квартире Коваленко? Ответа на этот вопрос капитан так и не получил. Может, с внучкой покойной пообщаться?

— Серега, тебе тут материал по Денисенко пришел, – кивнул на рабочий стол коллеги Андрей Суворов.

— Отлично.

Марина с Сашей сидели на кухне. В последнее время Саша частенько заглядывала в гости. Поболтать, поддержать или обсудить очередные Маринины неурядицы.

— Ну конечно, надо было сразу все родителям рассказать, – наливая себе еще чаю, проговорила Саша. – И не надо было бы психовать. Слушай, а давай посмотрим в интернете, что это за фирма, которая антиквариатом занимается. Будешь хоть знать, с кем дело имеешь. Как она называется?

— Не помню, – пожала плечами Марина. – А может, он не сказал мне название? Я только фамилию его запомнила. Володин. И, кажется, имя. Николай Александрович.

— Ладно, давай поищем по имени, – берясь за комп, предложила Саша.

Они часа полтора потратили на поиски человека с подходящими именем и фамилией, занимающегося ювелирными изделиями, антиквариатом, продажей произведений искусства, но никаких совпадений так и не нашли.

— Знаешь, он говорил, что их фирма небольшая, закрытая и широкой рекламы они не дают, – вспомнила Марина.

— Подпольная спекуляция культурными ценностями? – нахмурилась Саша.

— Да нет. Он сказал, что они работают с ограниченным кругом клиентов, я так понимаю, очень богатых, и реклама в широких массах им не нужна, – предположила Марина.

— Вау, Маринка, какой ливень начался! Как я теперь до дома доберусь? И похолодало жуть, а я, как назло, в этой курточке и платье! – досадливо воскликнула Саша, взглянув в окно.

За окном стояла сплошная серая пелена дождя. Даже домов, стоящих на другой стороне улицы, было не разглядеть, только размытые пятна.

— Оставайся у меня ночевать.

— Не могу. У меня завтра первый урок в одиннадцатом классе, мне материалы нужно из дома забрать и переодеться, и вообще. Нет, надо ехать, – расстроенно проговорила Саша. – Отвратительно, что у вас над крыльцом даже козырька нет, из парадной сразу под дождь.