Онлайн книга «Макарка-душегуб: Роман из петербургской жизни»
|
Коркин весь трясся от злобы и не спускал глаз с окон квартиры бывшего содержателя кабачка. — Что же мне делать с ним? Неужели я не отомщу злодею? Нет, нет, это невозможно! Я потащу его к прокурору, в суд, на виселицу!! Он должен ответить! Капли пота выступили у него на лбу. Руки тряслись. Около часа стоял он, не отрывая взора от роковых для него окон. Он ждал, сам не зная чего, и никак не мог ответить все на тот же вопрос: — Что мне с ним делать? У него зашевелились в памяти какие-то смутные воспоминания. «Разве я не задушил его?! Мне помнится, что я задавил его, как гадину? Или это был бред больного мозга? Человек сейчас сказал, что он был у него и он жив. Значит, я ошибаюсь! Нет, это были одни сладкие мечты. А мечты эти доставили столько радости мне». — Не задушил, так надо задушить, – решил он вдруг и быстро направился к дому Куликова. У подъезда он с силой дернул звонок. Какой-то шорох – и все стихло. Через минуту он опять дернул. Послышались шаги, и дверь отворилась. Лицом к лицу он очутился со своим врагом. Куликов сначала сделал шаг назад, но сейчас же оправился и спокойно произнес: — А, господин Коркин, милости прошу. Илья Ильич вошел и припер за собой дверь. — Наконец-то, – произнес он, – я встретил вас, теперь мы с вами объяснимся! Совершенно спокойный и хладнокровный Куликов ответил: — С полным удовольствием, я весь к вашим услугам. Милости прошу. Садитесь. Илья Ильич не слышал ни ответа, ни приглашения. — Говори, злодей, что ты сделал с моей женой? — Я?! – протянул удивленный Куликов. – Я… простите, господин Коркин, я не понимаю, что вы говорите! — Понимаешь, негодяй, – подступил к нему гость, – понимаешь! Лучше меня понимаешь! Говори, зачем ты требовал мою жену к себе? Зачем? Как ты ее запугивал? — Господин Коркин, прошу вас успокоиться, я ничего так не пойму! — Поймешь! Что ты знаешь об убийстве Смулева? Кто убил его? Ты?! Ты, разбойник… Куликов, в свою очередь, сжал кулаки, глаза налились кровью. — Молчать, – заговорил он, – ни слова больше, я не хочу вовсе разговаривать с тобой! Вон из моей квартиры! — Что? Ты смеешь гнать меня?! Врешь! Я не уйду, пока ты не дашь мне ответа. — Ответ мой, что ты сумасшедший и твое место… — Врешь, Макарка-душегуб, я не сумасшедший! Я задушу тебя сейчас же, если ты не скажешь мне все! И Коркин бросился на него, железными пальцами он стиснул горло Куликова, повалил его на пол и придавил коленом. Несмотря на огромную силу, Куликов оказался побежденным и не мог шевельнуться. Лицо его посинело, он задыхался и близок был к потере сознания. Сделав отчаянное усилие, он освободил горло. Завязалась борьба. При обыкновенных условиях Куликов без труда справился бы с гостем, но он не ожидал такого быстрого нападения, потерял позицию, а Коркин, в экстазе, обладал удвоенной силой. — Говори, говори, душегуб! – шипел над выбивавшимся из сил его победитель. – Говори, а то сдохнешь, как собака. — Скажу, все скажу, – простонал Куликов, прятавший горло от пальцев врага. — Говори! — Я убил Смулева, ваша жена неповинна. — Ты?! Значит, ты Макарка-душегуб?! — Да, я… — Докажи! Докажи, а то после ты скажешь, что соврал. Доказывай… — Я дам сейчас вещи, ограбленные у Смулева, у меня его часы и портсигар. — Где они? — Там, у меня в кабинете. |