Книга Письма из Терра Арссе, страница 240 – Татьяна Миненкова

Мне казалось, что ее слова должны были разозлить Таура-ан-Фарота. Вряд ли он, будучи сильным и величественным монархом, часто выслушивал подобные критические заявления в свой адрес. Но он усмехнулся, показывая, что все мы для него лишь несмышленые дети, просидевшие полжизни взаперти, ничего не знающие о мире вокруг.

— Предсказания не дают ни знания, ни правды. Мне было известно лишь то, что я буду царствовать до момента, когда королевский сын свергнет меня с трона и то, что выполнение воли Эмираты сможет дать королевству пятерых сильных магов. И я понятия не имел о событиях, из-за которых правление в конце концов станет мне в тягость, и я буду ждать этого мятежа, как спасения. Пророчество — это лишь несколько штрихов, а всю картину происходящих событий мы видим лишь в момент их возникновения. А иногда и значительно позже.

Так же когда-то говорил мне Учитель. Готовя меня к тому, что когда-нибудь я покину Пятый замок, он научил меня не строить свою жизнь вокруг, довлеющего над Следующими, пророчества. Просто жить, стараясь не думать о предсказании.

— Неправда! — Зашипел вдруг Тулемий из своего темного угла. — Предсказания помогают вершить судьбы королевств! Они дают людям знания о собственной судьбе! А информация — это самое сильное оружие!

— Иногда информация может быть излишней и даже вредной, — устало произнес Таур-ан-Фарот.

Его тяготил этот разговор, и были абсолютно не интересны споры с Титорией и Тулемием. Он не стремился никого переубеждать. Поэтому беседа зашла в тупик.

Тиал снова чем-то заскрежетал, потом лязгнул чем-то металлическим, а наши камеры осветил, хоть и слабый, но, явно магический, огонек.

Пламя светилось на правой руке Четвертого Следующего, а сам он победно улыбался.

— Не знаю, как вы, а я не намерен сидеть здесь и ждать собственной гибели от любви или от чего бы то ни было, — заявил он.

С магическим огнем вокруг стало намного светлее, я огляделась вокруг, рассмотрев разбитую голову Тадимара, блестящую драгоценными камнями мантию поверженного короля, неизменно прекрасную Титорию и неряшливого Тулемия.

Оказалось, что Тиал-Аран каким-то непостижимым образом сумел снять один из двимеритовых браслетов и получил доступ к половине собственного немалого магического резерва.

— Я это предвидел! — Важно изрек Тулемий, а Титория фыркнула.

Тиал-Аран не стал ему отвечать. Вместо этого, он жег одной, охваченной пламенем рукой, браслет на другой и вскоре тот, звякнув, упал на каменный пол его камеры.

— Тадимар, твой ошейник снять? — Любезно предложил он свою помощь соседу, но тот поморщился и отрицательно мотнул головой.

— Я поищу для этого какой-нибудь более гуманный способ.

Огненным магам было не страшно собственное пламя, в отличие от остальных. Представив себе раскаленный металл на собственной шее, я подумала, что на месте Тадимара тоже бы отказалась.

На Титории, как и на мне, предметов из двимерита не было, а Тадимару, и правда, лучше было попробовать каким-то образом добыть ключ от блокатора своей магии.

— Зря, — ядовито выплюнул Тулемий. — Придет время, и ты будешь готов отдать собственную жизнь, чтобы снять ошейник и получить доступ к магии, но будет поздно!

Тадимар и Тиал-Аран переглянулись.

— Жаль, что твою магию не заблокировали, — отозвалась Тори и остальные мысленно с ней согласились.