Книга Совершенство, страница 205 – Татьяна Миненкова

Кажется, я что-то такое слышала, но прежде не придавала значения.

Бармен слоями разливает ликеры по рюмкам, затем поджигает содержимое, и мы быстро пьем, стараясь не опалить ресницы, а потом веселая толпа уносит нас на танцпол, где в серых облаках, выдыхаемых дым-машиной, кружатся полураздетые танцовщицы и с потолка, словно по волшебству, сыплются сверкающие блестки.

Я с удовольствием поддаюсь атмосфере пьяного веселья, позволяя себе раствориться в шуме и музыкальных битах, вторящих стуку сердца. От выпитого коктейля в груди расплывается приятное тепло, а горько-сладкий привкус ликера напоминает о поцелуях Марка.

Я прикрываю веки и танцую. Не для того, чтобы впечатлить кого-то, а для себя. Для того чтобы сквозь шум музыки четче услышать собственные мысли. И когда в танце я касаюсь своего тела, мне кажется, что это его руки ласкают меня.

Пора признаться в том, что мне не хватает Нестерова. Для начала хотя бы себе. Осознать, что он стал нужен мне и что я с ума схожу от неопределенности наших отношений и от ревности к Зориной. Я хочу во что бы то ни стало донести до него правду о том, что случилось между мной и Сахаровым в то злополучное утро.

Легкое опьянение помогает потеряться во времени и пространстве. Не знаю, сколько секунд, минут или часов проходит, но, когда поднимаю веки, ни Ани, ни Леры рядом нет, и я покидаю танцпол, отправляясь на поиски подруг.

Я вытираю ладонью влажное лицо. Наверное, они сбежали с танцпола на улицу, спасаясь от духоты. Тоже выхожу на освещенную лампами террасу и издалека вижу ярко-бирюзовое платье Дубининой за одним из свободных столиков. Сидящая рядом с ней Аня снова говорит по телефону, и внутри у меня скребет от навязчивых мыслей о том, что она может говорить с Марком.

«Может, Зорина просто не знает правила, что девочки первыми не звонят? – издевается мой друг с правого плеча. – И если ты и сама о нем забудешь, то и тебе ничего не будет мешать с ним поговорить».

А как же гордость? А желание быть сильной и независимой?

Все это никак не дает мне покоя, когда я протискиваюсь к подругам сквозь толпу и чуть было не падаю, столкнувшись с мужчиной, спешащим в противоположную сторону. Незнакомец вовремя удерживает за плечи, не позволяя позорно свалиться ему в ноги. Первоначально его прикосновение вызывает панику, но, переведя на мужчину взгляд, понимаю, что он не желает мне зла.

— Извините, – бормочет тот, разжимая хватку собственных пальцев. – Все в порядке?

Я внимательно рассматриваю его: светлые волосы, голубые глаза, грубоватые, но интересные черты лица. Он привлек мое внимание своей внешней схожестью с Сахаровым, но теперь я подмечаю существенные отличия.

Типаж Ника – явно романтический, с полным отсутствием мужской суровости. Незнакомец совсем другой. Он по-своему красивый, но мужественный. Раньше я предпочла бы держаться от такого подальше, но сейчас мужчина вызывает у меня интерес.

— В порядке, – киваю я, продолжая на него смотреть. Незнакомец же переводит взгляд за территорию террасы.

— Кажется, такси меня не дождалось, и телефон сел. Могу я попросить вас вызвать машину?

Если это способ познакомиться, то очень оригинальный. Глаза мужчины темнее, чем у Ника, а взгляд серьезнее. Тем не менее я вижу в нем ответную заинтересованность. Кажется, у нас могло бы что-нибудь получиться.