Книга Ледяная невеста для герцога дракона, страница 67 – Таля Верховская

Приятное послевкусие танцев сменилось муштрой в малой гостиной. Эльфрида разложила на столе веера, перчатки, серебряные приборы и свитки с родословными. Мира встала рядом с пергаментом — готовая фиксировать каждый мой промах. Я почувствовала себя первокурсницей перед экзаменом, к которому готовилась одну ночь.

— Реверанс королю, — отчеканила Эльфрида, стукнув тростью. — Правая нога назад, плавное скольжение вниз. Спина прямая, взгляд на ковёр. Подъём через вдох. Никаких кивков — вы не приветствуете старого знакомого у колодца.

Я попробовала. Ноги заплелись, корпус подался вперёд — едва не рухнула, как подкошенная. Эльфрида подняла бровь.

— Думайте ногами, леди Ростан. Вспомните лёд. Там есть что-то похожее. Я видела у вас. Вес на опорную ногу, вторая лишь касается паркета. Скользите вниз, а не падайте. Король не любит, когда перед ним спотыкаются.

Я закрыла глаза на секунду, перенесла вес, представила конёк, режущий лёд, — и плавно опустилась. Тело вспомнило механику. Эльфрида кивнула, довольная.

— Теперь столовые приборы. Ужин с королём требует точности. Внешняя вилка — для рыбы, внутренняя — для мяса. Нож держится указательным пальцем на обухе, а не как топорик для дров. Бокал берётся за ножку, а не обхватывается ладонью — будто вы согреваете замёрзшего хомяка.

От избытка информации мозг закипал. Я послушно взяла десертную вилку, пытаясь изобразить придворную изысканность. Локоть предательски дёрнулся — и едва не снёс фарфоровую вазу с геранью. Мира в последний момент подхватила её под дно. Я замерла, чувствуя, как уши горят.

— Спокойно, — хмыкнула Мира. — На ужине вазы будут дороже вашей репутации. Дышите. Смотрите на тарелку, а не на хрусталь.

Эльфрида тут же вернула меня к практике. Мы доводили до автоматизма каждый наклон головы, каждое движение руки, каждую паузу перед титулом. Я кряхтела, когда спина начинала ныть, путалась в названиях блюд и обращениях. Но постепенно пальцы запоминали вес серебра, а язык находил нужные обтекаемые формулировки. К концу урока я уже не думала, куда деть руки. Они просто знали.

* * *

Гул труб прорезал вечернюю тишину за час до заката. Звук прошёл по коридорам, заставил замереть служанок в дверях, эхом отразился от каменных сводов. Я вышла на балкон галереи, глядя вниз, во внутренний двор. Ворота медленно распахнулись, пропуская тяжёлые кареты в королевских цветах. Процессия въехала под ровный бой барабанов, двор выстроился полукругом.

Король Вальдемар вышел первым. Ему было далеко за пятьсот, но драконья кровь не стареет как человеческая. Выглядел он лет на сорок. Лицо хранило линии времени, однако спина оставалась прямой, а шаги — твёрдыми и размеренными. Рядом шла королева — симпатичная блондинка в шубке из белого меха, взгляд спокойный и внимательный. За ними — пять дочерей. От старшей, чей возраст измерялся сотней лет, до младшей, которой едва исполнилось пятнадцать. Все выглядели юными, все двигались с одинаково плавной грацией. Этот контраст — между вечностью рода и молодостью лиц — заставлял придворных замирать в почтении.

Свита замыкала колонну. В самом хвосте — тот самый лорд Варго. Я узнала его по описанию Драго. Не дракон, маг. Ему около пятидесяти, но возраст не смягчил черт. Высокий, худощавый, в тёмной мантии с серебристой вышивкой — напоминал вытянутую тень. Лицо бледное, почти восковое, скулы острые, а глаза тёмные, без блеска. Будто выточенные из обсидиана, они сканировали толпу. Взгляд скользнул по плечам лордов, задержался на кистях девушек, отметил осанку, дыхание, пульс на шее.