Книга Единою судьбой. Плата за свободу, страница 62 – Елена Помазуева

Леон получил прозвище Шторм за свой угрюмый и взрывной характер. Окружающие старались держаться на расстоянии и не заводить дружбу. Именно за свой нрав он приглянулся принцу. Легкий, искрящийся характер его высочества резко контрастировал со всегда спокойным и уравновешенным Леоном. Однако они идеально дополняли друг друга.

Оба высокие, статные, хорошо сложенные молодые маги привлекали внимание девушек. Форма Академии наследников указывала, что они сыны родовитых семей, а значит, завидные претенденты в мужья.

В таверне на Южной площади не нашлось ни одного свободного столика. Сколько его высочество не оглядывался, не смог найти ни одного.

— Ваше высочество, я сейчас сообщу о вашем визите хозяину, - сказал Шторм, но был остановлен другом.

— Ни в коем случае! Зови меня по имени, - строго приказал принц.

— Слушаюсь, господин Тьери, - послушно поклонился Леон.

Сын королевской семьи часто просил отбросить формальность во время развлечений. Шторм несколько раз отказывался следовать приказу друга, но в итоге понял необходимость скрывать высокий статус. Узнав, кто перед ним находится, любой горожанин падал ниц и не поднимался, пока молодые люди не уходили прочь.

— Не знаете, когда начнется выступление? – спросил принц у мужчины, сидящего за столиком поблизости.

— Как обычно. Хозяин ожидает приход принца Хвана, после этого он дает знак начинать, - спокойно ответил собеседник.

— Чертоги богов, - пробормотал под нос его высочество. – Только его не хватало. Леон, идем. Найдем место подальше от главной ложи.

Шторм бросил быстрый взгляд в сторону задернутой шторы. Действительно, удобно расположенную ложу давно приготовили. Стол накрыт легкими закусками и вазами с фруктами, а сбоку в ожидании замер подавальщик. Укромное место находилось в стороне от любопытных глаз, но из него удобно смотреть представление на полукруглой сцене.

Принц Тьери уверенно продвигался вдоль стены за спинами счастливчиков, занявших заранее места за столиками. Шторм не отставал от друга, стараясь не нарушать покой других посетителей. Таких же, как они, желающих посмотреть выступление, но не нашедших себе место, было достаточно. Они либо договаривались и присоединялись к кому-то, либо оставались стоять.

Принц Хван вошел в таверну, когда принц Тьери начал терять терпение. Тихие ругательства срывались с его губ, а когда старший брат величественно появился, шумно выдохнул.

— Не может обойтись без помпезности, - фыркнул его высочество.

— Тише, прошу, - предупредил Шторм.

Тьери опомнился и перестал обсуждать поведение брата. Хозяин подбежал к высокому гостю и в угодливом поклоне проводил принца Хвана до ложи. Он торопливо махнул рукой музыкантам, подавая знак о начале представления.

Посетители почтительно склоняли головы, когда мимо них проходил наследник королевства, но он не обращал на них внимание. Всеобщее поклонение привычно отпрыскам королевской семьи с рождения. И только вырвавшись на свободу из дворцового этикета они могли позволить себе обычное поведение. Чем с удовольствием пользовался принц Тьери. В Академии наследников ему оказывали почести, но на улицах города он сохранял инкогнито, получая удовольствие от простой жизни.

Принц Хван отличался от младшего брата. Он считал обязательным демонстрировать высокий статус и указывать подданым их место.