Книга Попадись в мои когти, страница 8 – Ксения Кирина

— А ты собираешься мстить? — забеспокоился Артем.

— Пока не знаю, — честно ответила я. — Не исключено, что получится по настроению. Вот и передай при случае — пусть не попадает… под горячую руку.

Он хмыкнул, но кивнул.

Когда он унес результат наших совместных трудов на утверждение, я позволила себе откинуться на спинку стула и расслабиться. Однако миг отдыха от писанины получился кратким: Суданский вернулся подозрительно скоро, и у меня возникло подозрение, что Виктор подписал ему бумаги не глядя.

Паранойя в ланатском деле меня не подвела ни разу, и никаких гарантий, что и теперь она не оправданна. С нашего (теперь уже общего) начальника станется подсунуть мне именно этого… попаданца в качестве стажера лишь для того, чтобы я отвлеклась и не слишком кипятилась по поводу подставы.

Впрочем, Виктор мог бы и не стараться меня отвлечь: едва начатый отчет укоризненно маячил на столе поверх стопки чистой бумаги.

Учитывая обстоятельства, я допишу сей талмуд еще очень не скоро.

— Что теперь? — бодро спросил стажер, вытянувшись во фрунт. — Каким будет мое следующее задание?

— Написать заявление о приеме на работу.

— А это тогда что? — Артем помахал профилем на должность.

— Это только начало бумажной рутины, которая ожидает каждого смысловера. После заявления тебя ожидают… — я принялась загибать пальцы, — … еще одно заявление — на получение стандартного пропуска номер один, медицинская карта, архивная карта, библиотечный формуляр, оформление комплекта инструментов, тест на магическую предрасположенность ты уже сделал… Кстати, а печать Элора тебе выдала?

— Какую печать? — уточнил слегка обалдевший стажер.

— Понятно. Нужно будет сходить и забрать, иначе все придется начинать сначала.

— Прямо все⁈

— Только тест! Но он достаточно объемный!

— Мне так не показалось…

— Элора тебя поверхностно прогнала по самым простым вопросам? Если так, значит, я была лучшего мнения о ее профессионализме.

— Ну, она же все-таки столько времени пробыла в Ланата, — привычно вступился за наставницу Суданский. — Отстала от жизни.

— И я не маг ни с какого боку, — я со вздохом признала поражение в споре. Все правильно, на самом-то деле. — В общем, с магическими вопросами разбирайся сам, здесь я тебе не помощник. Теорию еще могу рассказать, но в остальном… увы.

— Да, Элора говорила, что большую часть знаний о магии придется получать самостоятельно, потому что «понимание магических принципов строго индивидуальное», — Артем уставился на бланк заявления.

— Вот-вот. Пиши, раньше начнешь, раньше начнется и практика, — и я, подавая пример, взялась за стилус.

Пожалуй, самое приятное в отчете то, что можно открытым текстом писать о начальстве все, что о нем думается.

* * *

Неприятно признавать факт собственной дурости, однако против истины не пойдешь. Я пересмотрела положительность идеи отпуска и собственное согласие на него за секунду до того, как в обнимку с рюкзаком плюхнулась посреди пентаграммы. Но… что случилось, то случилось.

Придя на следующий после посиделок с Агаськой день на работу, по собственной воле и в трезвой памяти я хлопнула на стол начальству заявление об отпуске.

Виктор возмущался. Виктор грозно (но бесполезно) сверкал желтыми волчьими глазищами и показывал клыки. Виктор ругался на четырех языках сразу. Виктор ныл, грозил лишить премии, уволить к драконовой бабушке и, опомнившись, снова ныл, на полусогнутых лапках гарцуя вокруг моего стула. Я же была неумолима — брала пример с мамы в ее трепетной привязанности к кактусу Ершику. Дождавшись, когда директор ВСМыСЛа, собака серая (во всех, зараза, смыслах!), выдохнется и умолкнет, я объявила: