Книга Сердце и порох, страница 114 – Э. Б. Голден

Когда он распахнул дверь в ту же комнату, в которой говорил со мной накануне, меня прошиб пот. Дальнюю стену по-прежнему украшали пятна и цепи. Лампа и стол ждали посередине комнаты. Теперь к ним добавились тетрадь и чернильница.

Эзнур придержал дверь. Улыбка делала его шрам еще кривее.

— Сначала выясним, что ты умеешь.

С комом в горле я шагнула в комнату. Если он ожидал от меня таланта и беспрекословного подчинения, я могла дать ему и то и другое.

Нужно было добиться его доверия, чтобы получить возможность его предать.

Бреган

Сейчас

Шури сама напросилась.

Как только Бреган увидел ее на кухне, все встало на свои места. В ночь восстания она была на крыше храма – ровно в тот момент, когда ставы атаковали. Потом она столкнулась с ним в Округе торговцев, всего в одном переулке от «Вороньего Гнезда», где проводили собрание люди Дрейфи. Бреган чуял, что что-то здесь было не так.

Если на Дрейфи работал один нодтакт, то почему бы не быть и другим?

Как только «Восточная Этерия» причалила к берегу, он сообщил президенту о своих подозрениях касательно Шури и ее причастности к ставам. Когда Хулей уточнил, точно ли Бреган хочет взять арест и допрос на себя, Бреган не колебался ни секунды. Что бы она там ни натворила, это была не его вина, пусть ему и было крайне сложно не обращать внимания на ошарашенное лицо Тэза или отвращение Джаари. Если он угадал, то труппа скоро должна была все понять.

В штабе было так холодно, что казалось, кости промерзнут насквозь. Шагая к комнате допроса, Бреган запахнул куртку получше. Внутри Шури брыкалась и извергала тонны ругательств, пока несколько полицейских пытались приковать ее к стулу.

— Хватит! – рявкнул Бреган. – Дальше я сам.

Охранники отдали ему честь и удалились. Звуки их шагов уже стихли, а Бреган все еще стоял и смотрел на девушку, которую когда-то считал союзницей. Чуть меньше года назад он поймал их с Сиддом на воровстве у торговца, который сотрудничал с реформистским подпольем. Оголодавшие и обозленные, два зета собирались убить Брегана, но он предложил им другой путь. Они присоединились к реформистам и сыграли огромную роль в планировании успешного восстания. Он думал, что может им доверять.

Шури с оскалом прижала скованные руки к груди, и на краю памяти Брегана вспыхнули алым обломки декорации, перепачканные в крови Фирин. Если Шури работала на ставов, то зачем нападать на Фирин? Театральная зависть или что-то другое?

— Никакой я не нодтакт, чтоб тебя святые побрали! – рыкнула Шури. Взъерошенные светлые космы пылали в свете лампы.

— Мне нужно увидеть твои руки.

— Зачем?

— Снимай свитер. Или я позову их обратно, они помогут.

Во время свержения ставов реформисты обнаружили, что те помечали всех нодтактов крестовидным шрамом в районе бицепса. Ставить на агентов под прикрытием такую очевидную метку – смешная, но не удивительная ошибка, учитывая заносчивость ставского режима. Бреган дождался возможности проверить Шури наедине, потому что это открытие не стали разглашать никому, кроме высших чинов полиции, чтобы не спугнуть потенциально скрывающихся в городе нодтактов или тех, кто попытается пробраться с материка. Нельзя было дать им понять, что они знают.

— Ладно. – Скованными руками Шури неловко стащила свитер через голову. Когда Бреган потянулся проверить оба ее плеча, она поежилась, но не стала вырываться.