Книга Оперативные будни, страница 60 – Маргарита Гришаева

— Отвлеки… — прошипел он на грани слышимости.

«Как?!» — забилась в голове паническая мысль.

— Добегалась, — злобно прошипели сзади. К моему вящему неудовольствию, наш преследователь, в отличие от нас, даже дыхания не сбил.

Я судорожно перебирала варианты. Любой из моих амулетов подействует, только если я попаду прямо в преследователя, да еще и с первого раза, что вряд ли. Заговорить с ним? А о чем? У меня от страха язык не поворачивается. Ведь если поймают, обвинение точно предъявят и из академии исключат. Что же делать? Еще и парализованная рука нервирует. Бросила взгляд вниз и увидела, что с запястья свисает длинная полупрозрачная лента. Да я заклинание оборвала! Пальцы плохо двигались, но все же я ощупала ее. Плотная, даже очень плотная. Может?.. Это шанс.

— Готовься, — прошептала Храну, отмечая, что тот уже заканчивает выплетать второе заклинание. Хорошо быть многохвостым.

— Подними руки и медленно обернись, — потребовал голос из-за спины.

Я неспешно начала поднимать руки, аккуратно подцепив чужую магию, плотной лентой ложащуюся в руку.

«Была, не была, другого шанса не будет».

Слегка развернувшись, резко взмахнула рукой. Свист ленты, рассекающей воздух, словно кнут. Сдавленное ругательство позади и мой тихий вскрик. Порезалась той самой лентой, которую держала в руках и которая распалась, после того как ударила неизвестного врага. И в то же мгновение грохот. Все вокруг затягивает густым туманом, а мягкий хвост, опутавший запястье целой руки, настойчиво тянет меня к магической стене. Я понеслась за Храном. Пара шагов, и мы вынырнули из белесого облака. Кошак быстро уводил меня в сторону соседнего дома.

— Лезь! — Короткая команда и тычок в сторону очередных «кошек». Сама не знаю, как сумела забраться наверх (спасибо, хоть рука немного отошла). Обессиленно опустилась на крышу.

— Не время валяться, добежим до академии, там и отдохнешь, — прошипел хранитель.

Что есть, то есть. Снизу все еще доносились кашель и ругательства. Надо будет узнать, что это за дымовая завеса. Да и как мы сквозь заклинание пробежали, любопытно, — но сейчас время бежать. Легкие разрываются от недостатка воздуха, в боку колет, перед глазами цветные пятна, но все равно не останавливаюсь. Главное — выбраться. Онемение с руки сошло, и теперь она просто пульсировала болью от пореза. Вот уж не знала, что с потоками можно обращаться как с кнутом. До стены академии я добралась, уже хрипя, а там просто упала на землю.

— До чего же год у нас с тобой неудачный, — прошептал Хран. — Что ни вылазка, то проблемы.

— И не говори, — закашлялась в ответ.

До комнаты еле-еле доползли. А там быстрая перебежка по пустому коридору в душ, повторная покраска в брюнетку и обработка пореза. Четкого, длинного, пересекающего всю ладонь, но, к счастью, не слишком глубокого. Действие зелья пошло на убыль, и ладонь перед глазами начала расплываться. Решив, что бинтовать буду завтра, попросила Храна просто протереть спиртом и отключилась, стоило коснуться подушки.

А через пару часов началась лихорадка. Проснулась я от того, что стало безумно холодно, буквально колотило, и ладонь отдавала тупой болью. Температура наверняка поднялась. Перевела взгляд на ладонь, и в комнате раздался крик.

— Что случилось? — вскочил Хран, спящий рядом.