Книга Адептка (сборник), страница 205 – Елена Звездная, Алина Лис, Маргарита Гришаева, и др.

Помнила я эту позорную историю любовных похождений дедушки. Бабушка ему до сих пор ту демонессу припоминает. А это значит, что и я совсем скоро начну искренне и активно ненавидеть Руэду. Так искренне и так активно, что тайное очень быстро станет явным. И ехать мне домой первым же попутным драконом!

Дочитать лекцию я не успела – в комнату настойчиво постучали. Прижимая тетрадку к груди, осторожно потянула на себя дверь. За порогом стоял злющий, как тысяча демонов, Винсент. Я непроизвольно сделала шаг назад. Он – синхронно шаг вперед. И дверь прикрыл за своей спиной. Мамочки…

— Это все проклятие, – пролепетала, сделав еще один шаг назад. Сердце колотилось, словно я только что пробежала тридцатиметровку. Фейерверку моих эмоций мог бы позавидовать персонаж любовного романа. Я одновременно ненавидела и любила Руэду. Мне одинаково сильно хотелось проклясть его и прижаться к нему.

— Угу, – только и сказал парень, делая еще шаг ко мне.

— И мы его сейчас снимем, – шаг прочь.

— Снимем, – согласился Винсент. О Бездна, какой у него голос! И как же меня бесит его присутствие…

— Мне нужно только дочитать… – еще один шаг.

— Дочитаешь, – согласился парень, прожигая меня взглядом.

Продолжать тактическое отступление было некуда – я выбрала не самую удачную траекторию и теперь уперлась в письменный стол тем самым местом, которое у обычных людей ищет приключения.

— Отойди… – прошептала я, когда Винсент сделал последний шаг и замер на расстоянии ладони от меня.

— Не могу, – еле слышно, на выдохе.

Я заглянула в его глаза и утонула. Меня затягивал этот бездонный синий океан чужих эмоций. Его печаль, его злость, его смятение, его упрямство – весь он манил меня и отталкивал. И не было сил сопротивляться. Винсент неестественно медленно склонился ко мне.

— Прости меня… – Я скорее догадалась, чем услышала. Почувствовала слова дыханием на свои губах.

Винсент замер на мгновение, продолжая гипнотизировать меня своими бездонными глазами, и… и поцеловал. Долго, медленно, нежно. Словно боялся спугнуть. Словно боялся сломать.

Я прикрыла глаза, почти физически чувствуя, как моя воля плавится горячим воском. Проклятая любовь почему-то оказалась сильнее проклятой ненависти, что жутко возмущало меня. Но возмущало где-то на грани сознания, не особенно отвлекая от процесса. Тетрадка с лекциями выпала из рук, когда я, повинуясь порыву, обняла Винсента за шею. Что характерно, парень руки держал по швам.

Мое поведение в целом можно объяснить. А его? Может быть, всему виной дуэль на рассвете? А может быть, он меня действительно полюбил? Но я же не в его вкусе…

И тут меня посетила одна простая мысль. На Винсента со всей силушки действовал откат. Я огромным усилием воли разорвала поцелуй и уперлась руками в его грудь.

— Отойди, – не поднимая взгляда.

— Хель, я…

— Отойди. Ты под откатом от проклятия.

Выдох сквозь сжатые зубы. Шаг назад.

— Сейчас мы снимем эту дрянь. И все будет хорошо.

Я подняла взгляд на Винсента. Синие глаза сверкали, дыхание у парня сбилось, он медленно осмысливал услышанное.

— Это все ненастоящее, Винсент. Я просто проклята и не люблю тебя. А ты сам еще утром сказал, что я не в твоем вкусе. Тебя влечет ко мне из-за отката.

Руэда упрямо поджал губы. Взял стул и демонстративно сел в самый дальний от меня угол. Я же подняла тетрадку с пола и начала быстро пролистывать страницы, ища нужную.