Книга Последняя из Культа Змеи, страница 29 – Екатерина Вострова, Екатерина Скибинских

— Но это будут просто сплетни, зачем обращать на них внимание и думать о них? В этих стенах ходили слухи и похлеще, — презрительно скривился он.

— О боги! Ты вообще в курсе, что в академии есть комиссия по нравственности? — не сдержавшись, повысила я голос. — Да, тут не запрещены романы между студентами, но если ты, например, читал устав, то знаешь, что пунктом сорок три дробь пять запрещено развратное поведение. И если посмотреть статистику отчислений, то выгоняли за него в основном девушек, которых уличили в том, что они спят с парнями, а самих парней — только если их застукали пробравшимися тайком в женское общежитие за попыткой взять кого-нибудь силой. Двойные стандарты такие двойные.

— Вот только не надо тут. Все мы совершеннолетние, обучение длится шесть лет. Здесь не монастырь. Хочешь сказать, все блюдут чистоту все эти годы, дав обет воздержания? — скептически приподнял бровь он. — К тому же уже давно никого за это не выгоняют. За последние десять лет я не слышал ни одного такого случая.

— Да неважно, что происходит за закрытыми дверями, как ты не поймешь? Правило старое, внедрено в те годы, когда девушки до замужества должны были пройти обучение, и длилось оно тогда всего пару лет. Темные времена давно в прошлом, но правило все еще рабочее! Если выпячивать это все на публику, возникнет резонанс, на который руководство академии просто не сможет не отреагировать. Неважно, что именно видели сегодня эти двое, важно, какими подробностями обрастет история, пока ее будут пересказывать друг другу, и добавь к этому нашу стычку в библиотеке. До утра многие с пеной у рта будут доказывать, что лично видели, как мы тут с тобой… Р-р, даже думать об этом не хочу! Знаю, что ты сейчас скажешь: не выгонят, максимум влепят выговор в личную карту студента… Для тебя — ничего страшного! А у меня это будет уже третий. А три выговора — это как раз отчисление!

Выдав все это на одном дыхании, я с вызовом уставилась на него. Вот тут выдержка Лиама дала сбой, самодовольное выражение стерлось с лица, явив на замену растерянность и удивление. Он провел пятерней по челке, растрепав прическу, и шумно выдохнул.

— Это я и правда как-то не принял во внимание… — Кажется, он выглядел пристыженным.

— Ну так поразмысли об этом на досуге, когда тебе в голову придет очередной гениальный план, господин великий комбинатор! — сказав это, я поудобнее перехватила свою сумку. — А теперь извини, мне нужно в общежитие, беречь остатки репутации и прорабатывать алиби на случай, если у какого-нибудь сплетника фантазия разгуляется не на шутку. Придется быть осторожнее.

— Мира, подожди… — Он попытался перехватить меня за руку, но я, опередив его, отмахнулась волной неразделенной на спектры энергии, добавив туда частичку демонической, взятой у странно притихшей змейки.

К чести парня, он даже успел выставить в ответ щит. Но если от энергии стихий щит помог, то демоническая легко прошла насквозь, а так как защиты от «Голд драгон» на нем сейчас не было, то чары сбили с ног, отбрасывая к стене.

— Защита слабовата, нужно больше работать над ней, — зло прокомментировала я. — Завтра на полигоне в пять утра, нам нужно успеть натренировать тебя до отбора. Мне не нужен хилый напарник.

И пока Лиам не успел отреагировать на мои несправедливые слова, улизнула в коридор. Пока спешила к себе, мысленно снова ругала и себя, и Лиама, и даже предательницу змейку. Какого черта она так отреагировала на бездушника, когда он оказался близко? Я сглупила, признаю, но она обещала всегда защищать меня!