Книга Коллекционер, страница 62 – Стаси и Элен Твенти

— Ну что, сказочник, — начала Кайена, сделав глоток вина. — Оказывается, ты умеешь не только болтать, но и шуметь в нужный момент. Полезный навык.

— А вы, оказывается, не только подписываете бумаги, — Алекс улыбнулся. — Я сегодня видел на стене не леди-управителя, а настоящего капитана. Честно? Впечатлило.

— Впечатлило? — она горько усмехнулась, глядя в огонь. — Меня до сих пор немного трясет. Еще полчаса, и от моего «впечатляющего» командования остались бы только руины. Я впервые за много лет поставила все на одну карту… на твой дурацкий театр с бочками.

— И ставка сыграла, — просто ответил он.

— Да. Сыграла, — она помолчала, а потом посмотрела ему прямо в глаза, и в ее взгляде не было ни капли игры. — Вопрос в том, почему. Почему ты это сделал, Алекс? Ты мог просто спрятаться в своей башне. Тебе-то что до моего замка?

Он не ответил сразу. Он смотрел на огонь, на пляшущие языки пламени, и впервые за долгое время был абсолютно честен с самим собой.

— Потому что мне впервые в жизни стало… не все равно, — он усмехнулся, словно сам удивился своим словам. — В моем мире я менял декорации, когда мне становилось скучно. Новые города, новые люди… А здесь… Здесь мне впервые захотелось, чтобы декорации остались целы.

Он перевел взгляд на нее.

— Чтобы завтра утром было куда спуститься на завтрак. И с кем поспорить.

Тишина, повисшая между ними, была неловкой и одновременно невероятно комфортной. Кайена не отвела взгляд. Она просто смотрела на него, и в глубине ее глаз он увидел не королеву и не противника, а просто женщину, которая только что услышала то, чего совсем не ожидала.

После той ночи у камина что-то неуловимо изменилось. Их словесные дуэли не прекратились, но из них исчезла былая злость. Теперь это была скорее разминка для ума, привычка, от которой ни один из них не хотел отказываться. Они стали проводить вместе больше времени — не только в библиотеке, но и на стенах замка, в конюшне, обсуждая все на свете, от устройства арбалета до глупых деревенских сплетен. Алекс впервые в жизни не чувствовал необходимости играть. Он просто был собой. И ему это нравилось.

Именно поэтому удар оказался таким болезненным.

Они сидели в ее кабинете, и Кайена разбирала отчет Рагнара о пленных бандитах.

— Четверых повесить на воротах в назидание, — ровным голосом диктовала она писцу. — Остальных — в каменоломни. Пожизненно.

Алекс, до этого молча наблюдавший, нахмурился.

— Повесить? Пожизненно? Это же просто наемники. Им заплатили — они пришли. Они даже не ваши враги.

Кайена медленно подняла на него взгляд, как человек, которого отвлекли от важного расчета.

— Любой, кто поднимает меч на мой замок, — мой враг. И наказание должно быть таким, чтобы другим не хотелось повторить их ошибку. Это называется «устрашение», сказочник. Практичная вещь.

— Это называется «жестокость», — возразил он. — Они сдались. Вы могли бы просто выпороть их и выгнать. Или обменять.

На ее губах появилась холодная усмешка.

— Ах, да. Я забыла. Ты же у нас специалист по театру и морали. Ты считаешь, что война — это игра с бочками и криками. Но здесь, Алекс, настоящая жизнь. И в ней есть кровь. Легко быть милосердным, когда за тебя сражаются и умирают другие, не правда ли?

Ее слова ударили наотмашь. Она не просто упрекнула его — она обесценила его единственный реальный вклад, снова низведя его до роли бесполезного шута. Вся та близость, что возникла между ними, рассыпалась в прах.