Книга По воле случая или трофей для орка, страница 4 – Бай Мурзаева

В его темных, почти черных глазах читалось непонимание, смешанное с внезапным, жгучим интересом. Он будто что-то учуял.

Он медленно, оценивающе провел взглядом от моих испачканных в грязи ног до запекшихся от слез и пыли щек, задержавшись на связанных запястьях.

Когда он, наконец, отвел глаза и направился к моему конвоиру, я спокойно выдохнула.

Они отошли в сторону, и их тихий, неразборчивый разговор на гортанном наречии отдавался в воздухе напряжением. Старший что-то доказывал, жестикулируя в сторону поля боя, а незнакомец лишь изредка кивал, его взгляд снова и снова возвращался к моей клетке.

Вскоре лагерь ожил. Чужаки разбили стоянку по соседству. Воздух быстро наполнился дымом костров и дразнящим запахом жареного мяса. Орки занимались своими делами: точили оружие, чистили доспехи, перебрасывались редкими фразами. На меня не обращали внимания, будто я была частью повозки.

Все, кроме него.

Предводитель сидел на складном походном стуле неподалеку, отсекая от мясной туши аккуратные куски острым кинжалом. Но его внимание было приковано ко мне.

Пристальный, изучающий взгляд был тяжелым. Он будто пытался разгадать загадку, увидеть что-то сквозь решетку клетки и грязную одежду. Что он мог знать? Что он мог во мне увидеть?

Я отвернулась, делая вид, что смотрю на заходящее солнце, но продолжала ощущать его взгляд на своей спине.

Дни в клетке сливались в однообразное месиво из страха, тряски, мясной похлебки и собственного немытого запаха.

Я выучила каждую зазубрину на потертых досках под соломой и могла уже различать голоса орков. Жесткий бас Гарка, вечное ворчание Борка. И тот самый предводитель, чей пристальный взгляд я чувствовала даже сквозь сон.

Через пару дней, вечером, когда отряд остановился на ночлег, я стала невольной свидетельницей разговора, который перевернул все мое понимание происходящего.

Я дремала, прижавшись к прутьям, когда грубые голоса за прутьями клетки заставили меня насторожиться.

— Я хочу выкупить девушку.

Это был голос предводителя, тихий, но твердый. Я замерла, не веря своим ушам. Он хочет меня выкупить? Словно я и впрямь вещь. Но в его голосе слышалась неуместная решимость. Но зачем?

Раздался короткий, хриплый смех Гарка.

— Выкупить? — в его тоне звучала не просто жадность, а почти отеческая гордость удачливого дельца. — Она будет дорого стоить на аукционе.

— Я предложу больше. — Я услышала, как он сделал шаг вперед и его тень накрыла мою клетку. — Мой боевой топор, унаследованный от отца. Мою долю с последних трех походов.

— Твой топор и тройную долю? — Гарк фыркнул. Я представила его презрительную усмешку. — Благословенная, с чистой кровью… Ее купят на аукционе в Столице Танзей за сумму, которую ты в жизни не видел. — Он пнул колесо моей повозки, и она жалобно заскрипела. — Она сделает меня богатым.

— Она не просто вещь, — в его голосе слышалось напряжение, граничащее с яростью. — Она…

— Она что? — Гарк внезапно рявкнул, и я вздрогнула, прижимаясь к прутьям. — Красивая? Я не слепой, я тоже вижу. Но красота — это приправа к главному блюду. А главное блюдо — ее магия. И она моя. Я нашел ее, это мой трофей.

Предводитель сжал кулаки, и тихий, скрежещущий звук сжатых челюстей был слышен даже мне. Воздух зарядился яростью.