Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 9 – Анастасия Энковская

На долю секунды в его лице мелькнуло нечто похожее на удивление.

— Если вы руководствуетесь какими-то законами, обычаями, религиозными правилами — прекрасно. Я хочу знать, на каком основании вы вообще решили, что можете назвать меня своей невестой и объявить о свадьбе, не спросив моего мнения. Принесите мне книги. Все, что касается брака, прав женщин, владений, ваших обычаев. Я хотя бы должна понимать, чем вы руководствуетесь.

Арден молчал. Не возразил. Не усмехнулся. Просто стоял, глядя на меня тем самым непроницаемым взглядом, от которого по спине пробегал холодок.

— Вы меня услышали? — спросила я.

Он чуть склонил голову. А потом развернулся и вышел.

Дверь закрылась негромко, почти вежливо. И почему-то именно это оказалось хуже всего. Не спор. Не приказ. Не угроза. А уверенность, что отвечать мне необязательно. Что он и так все решил. Я еще несколько секунд смотрела на дверь, не двигаясь.

А потом меня сломало.

Не красиво. Не с одной прозрачной слезой и гордым поворотом к окну. Меня накрыло такой волной, что, кажется, она и камни могла бы сдвинуть, не то что одну меня. Меня скрутило пополам, будто кто-то с размаху ударил под дых, воздух снова перестал помещаться в легких. Я схватилась за край стола, попыталась удержаться, не смогла, почти осела на пол и только тогда поняла, что уже рыдаю — захлебываясь, всхлипывая, судорожно и некрасиво, с тем отчаянным, детским ужасом, который приходит, когда мир ломается по-настоящему и никто не собирается возвращать его обратно.

— Нет… — выдохнула я в пустую комнату. — Нет, нет, нет…

Я не знаю, сколько просидела на полу. Потом все-таки поднялась, добралась до кровати, упала лицом вниз, вцепилась в подушку и завыла. По-настоящему.

С хрипом, с болью, с рвущимся из груди звуком, от которого самой стало страшно. Я звала Костю — сначала шепотом, потом вслух, потом почти крича в подушку, как будто он мог услышать меня сквозь этот чужой камень, сквозь миры, сквозь весь этот кошмар.

— Костя… — выдохнула я. — Костя, пожалуйста…

Ответа, конечно, не было. И это оказалось самым страшным. Не дракон. Не замок. Не чужой мир. А тишина. Та страшная тишина, в которой любимый человек не приходит, не потому что не хочет, а потому что не может.

Костя всегда был рядом. Всегда помогал найти верное решение, даже когда я сама уже была готова лечь на пол и объявить себя трагической героиней. Но сейчас его рядом не было. И это добивало меня окончательно.

Ко мне несколько раз заходили женщины — тихие, в одинаковых светлых платьях, с лицами, на которых смешались страх, жалость и дурацкая почтительность. Они приносили еду, воду, какие-то настои в тонких кувшинах, пытались уговорить меня хотя бы попить, но я только мотала головой. Один раз одна из них — совсем юная, с веснушками на переносице — осторожно шагнула ко мне ближе и сказала что-то мягким, незнакомым языком, и от самого звучания этого чужого мира мне стало так тошно, что я отвернулась к стене.

Я ничего не ела. Вообще.

Мне принесли бульон — от его запаха меня скрутило так, что пришлось сесть, закрыв рот рукой. Поставили поднос с фруктами — сладкий, густой аромат вызвал резкую, почти болезненную дурноту. Даже травяной отвар, от которого тянуло мятой и еще чем-то терпким, едва не заставил меня подскочить к окну.