Книга Вернись и начни сначала, страница 47 – Марина Медведева

— Никого. Только куча старых книг. Кому они нафиг нужны?

— Здесь все-таки школа, — тихо сказала я. Видно члены банды Эла в юные годы старательно обходили подобные места, чтобы не заразиться ученостью.

— Слишком гордая? – открыл рот Могучий Эл. Его искусственные зубы блестели, как жемчуг. – Думаешь, ты одна здесь образованная? Я закончил колледж, а в моей команде есть доктор наук и пара врачей.

Он поднял руку с пистолетом и прицелился мне в голову. Я почувствовала, как ноги под столом отбивают легкую дробь. Еще немного – и заору.

— Оставь в покое эту серую моль, Эл, — с ледяной улыбкой промолвила рыжая и дотронулась до его плеча. – Видишь, она уже обоссалась от страха.

— Если их здесь нет, куда они делись? Мы проверили весь квартал, – спросил один из банды, низкорослый китаец.

— Проверим еще раз, — отрезал Эл. – Наверняка, вы что-то пропустили.

Они вышли в коридор. Гулко прозвучали и стихли шаги. Жасмин убежала следом за ними. Я сидела на стуле, не в силах встать. Мне еще не приходилось так близко видеть дуло пистолета. Они могли в легкую застрелить меня. Подумала и горько усмехнулась. Несколько лет назад я хотела умереть. А теперь переживаю, что едва не поймала пулю в голову. Неужели во мне проснулась жажда жизни? Я вспомнила лицо сына, его улыбку, и слезы горечи и облегчения потекли по моим щекам. Я снова струсила, мой мальчик. Опять не смогла. Что стоило сказать этим какую-нибудь дерзость и умереть от пули? Я же, трусливая и жалкая, вновь испугалась смерти.

Не знаю, сколько я просидела за столом, пока не очнулась от гулкого стука. Иван колотил в дверь, пытаясь выбраться из тайника. Я встала и на негнущихся ногах пошла открывать.

Вечером я оставила Ивана и Кристи в библиотеке и вместе с Жасмин отправилась домой. Как бы ни хотелось остаться в школе с друзьями, люди Эла до сих пор следили за нами, и мне пришлось уйти, чтобы не вызвать подозрения.

В моей квартире было пусто и холодно. Жасмин принесла чайник, обогреватель, и мы устроились за столом, чтобы поужинать и поболтать. Я пыталась сделать пюре из сухой смеси. Высыпала содержимое пакета в кастрюлю, залила кипятком, добавила соли. Вкус был странный – будто размякшая бумага.

— Аарон через пару дней привезет из города консервы. Станет легче. Терпеть не могу картошку из пакетиков. Уж лучше замороженные макароны с сыром, — Жасмин сидела на табурете, нога на ногу, и прихлебывала чай с глотком виски. Алкоголь мне принес пациент — расплатился за сеанс.

— Я хорошо готовлю. Если достать немного муки, сахара, я бы испекла блины – традиционное русское блюдо.

— Ты – русская? – улыбнулась Жасмин и плеснула в чай еще глоток виски.

— Бабушка и мама когда-то приехали из России.

— Слышала, там сейчас лучше, чем здесь. Ты можешь уехать. Я знаю людей, которые могут сделать фальшивые документы для пересечения границы.

— Никуда я не уеду, Жасмин, — я посмотрела на нее и подумала, как быстро мы стали подругами. В прежней жизни я нелегко сближалась с новыми людьми. Требовалось время. Здесь, в Трущобах, все иначе. Мы спешили жить, словно завтра никогда не наступит. Дружили и любили, как в последний раз. – Я не могу уехать. Здесь могила моего сына. Пока я здесь, кажется, что Димка рядом.

— Не знала, что у тебя был сын, — Жасмин сочувственно глянула на меня. – Прости, что разбередила твою рану.