Книга Измена. Я твой новогодний кошмар, страница 88 – Милла Мир

— Я буду ждать, бабушка.

— Жди и молчи, как рыба об лед. Родителям и Титову-младшему ни говори не слова, меньше знает, крепче спит. Это только наше дело, военная операция, скажем так. Вы решили играть спектакль с будущем мужем? Пусть так и остается. Правило номер один, чем меньше он знает, тем натуральней его игра.

— Бабушка, я тебя услышала. Спасибо за помощь.

Ольга медленно опустила телефон на одеяло, девушка видела перед собой сложную, тонкую паутину в центре которой сидит паук и ничего не подозревающие мухи Олег и Артем. В школе Таисии Александровны не прощают обид, на ее уроках учат наносить болезненный удар, да так, чтобы враги почувствовали ледяной ветер неотвратимой расплаты…

Загородный особняк Волынского-младшего напоминал смесь борделя, оружейного склада и очень дорогой помойки. Хрустальные люстры отражались в кожаных диванах, на стенах висели картины современных художников купленные исключительно потому, что «это престижно, блядь», в углу стоит бильярдный стол на котором уже вторую неделю «сушились» чьи-то трусы. Сегодня Олег и его соратники праздновали Великую Победу над любовью, над здравым смыслом, над остатками человеческого достоинства. Компания собралась ещё та: цветник местного дна в дорогих шмотках.

Артём Смирнов, бывший Ольги, ныне профессиональный завистник и любитель считать чужие деньги развалился в кресле с бокалом виски. Рядом с ним сынок прокурора, наркобарон-любитель и просто мудак с папиными деньгами лениво листал что-то в телефоне. На диване, тесно прижавшись друг к другу, сидели шлюха-Марго, картёжник, алкаш и просто продажная шкура Мэтт, который за тысячу баксов родную маму продаст, не то что школьного друга. На столе в хаотичном порядке валялись остатки роскошного ужина: осетрина, икра, дорогой алкоголь, и, отдельной горкой, какие-то порошки в пакетиках. Громко гремела музыка, что-то попсовое, под что даже танцевать стыдно, но компания была уже в той кондиции, когда стыд отключается нахрен.

— Вы слышали их громкую ссору по телефону? — подхватил Мэтт довольно потирая руки, — это был треш-контент, я вам скажу! Бигфут так орала матом на Алекса, что у меня, блядь, стены в квартире тряслись! Я думал, соседи полицию вызовут! Она такого дерьма наговорила про его мужские способности, что даже мне было стыдно, а мне, между прочим, вообще похер!

— Щенок ушёл в запой, — лениво протянул Волынский, рассматривая свои идеальные ногти, — вчера его видели в каком-то баре на окраине, Титов бухал, в телефоне смотрел фотки бывшей. Мажор смотрелся так жалко, что даже официантка ему наливала бесплатно, лишь бы он не рыдал.

— Шлюха Ольга уехала в Европу зализывать раны! — Марго облизнула губы, соска томно потянулась демонстрируя собутыльникам все, что можно и что нельзя, — кстати, мне понравилось быть на её месте. Знаете, вживаться в роль, трахать чужого мужика в чужой постели… Это так возбуждает! Особенно когда он спит и не понимает, что происходит. Чистое искусство!

Артём мгновенно оживился:

— Ты хочешь, чтобы мы тебя выебали? — прямо, без предисловий спросил Смирнов, — я за, становись раком!

Когда на кону стоит шлюха, а ты пьяный в хлам, зачем нужны условности?..

— По очереди или сразу втроём? — Волынский не теряя времени расстегнул ширинку, — я, блядь, сегодня в ударе, у меня такой стояк, что можно гвозди забивать.