Онлайн книга «Я попала в свекровь»
|
Аркадий поднялся со своего кресла и подошел к жене, негромко заметив: — Ты добилась гораздо большего, чем способна сейчас осознать. Марина повернула к нему голову, собираясь ответить, но в этот момент земля ушла у неё из-под ног. Голова закружилась так сильно, что перед глазами мгновенно поплыли темные пятна. Окружающее пространство смазалось. Она инстинктивно ухватилась за край дубового стола, судорожно выдыхая сквозь зубы. Максим мгновенно среагировал на её движение: — Мама? Алина испуганно подалась вперед: — Что с вами? Что случилось? Марина заставила себя поднять голову, но внутри что-то странно, необратимо оборвалось — словно невидимая стальная струна, натянутая до предела все эти месяцы, наконец с тихим звоном лопнула. Глава 34 Валерия сидела на кухне, не двигаясь уже довольно долго. Чай перед ней остыл окончательно, покрывшейся тонкой пленкой, но она даже не пыталась взять кружку. Сестра Марины стояла у плиты, мерно помешивая что-то в кастрюле и не пытаясь заполнить повисшую тишину дежурными разговорами. И это отсутствие суеты раздражало сильнее любых дотошных вопросов. Раньше Валерия органически не переносила молчания в присутствии людей. В её понимании тишина означала слабость занимаемой позиции, полную потерю контроля или скрытое, опасное недовольство оппонента. Сейчас же эта женщина просто находилась в одном пространстве с ней и ничего не требовала взамен. — Ты так и будешь сидеть? — спросила сестра, не оборачиваясь. Валерия тяжело подняла взгляд: — А что конкретно я должна делать? — спросила она сухо. Женщина выключила конфорку, поставила глубокую тарелку на стол и села напротив: — Есть, например. Для начала. Валерия посмотрела на исходящий паром суп и невольно, горько усмехнулась: — Весь мой мир рушится к чертям, а ты буднично предлагаешь мне пообедать. — Мир не рушится, — возразила сестра, пододвигая ложку ближе к её руке. — У тебя просто тяжелый, переломный период. Валерия вскинула голову, в её глазах вспыхнул гнев: — Тяжелый период?! Меня с позором уволили. Счетов становится всё больше, финансовое дно всё ближе. Люди, на которых я ставила, трусливо отворачиваются! — Люди не отворачиваются, Марина. — Да неужели? Она подалась вперед с такой яростью, что ножки стула с противным скрипом проехались по полу: — Тогда где они все? Сестра молчала несколько мгновений, глядя на неё с глубоким сочувствием: — А они действительно были рядом? — спросила она негромко. — Или они просто были тебе полезны, а ты — им? Этот тихий вопрос ударил резко, сильнее любого яростного крика. Валерия открыла было рот, собираясь ответить резко, едко, в своей привычной манере, но воздух словно застрял в легких. Слова не вышли. Потому что впервые в жизни она искренне не знала ответа. В памяти беспорядочным калейдоскопом закружились бесконечные звонки, деловые встречи, стратегические договоренности, лица партнеров. И чем дальше продвигался этот мысленный поток, тем отчетливее становилось удушающее ощущение абсолютной, звенящей пустоты. Никто не пришел. Ни один человек. Кроме женщины, которая сейчас сидела напротив. Сестра поднялась, обошла обеденный стол и мягко, но уверенно положила ладонь ей на подрагивающее плечо. — Марин... — позвала она тихо, и в этом имени, сорвавшемся с её губ, послышался странный, потусторонний отзвук. — Ты всё время пытаешься удержать этот огромный мир собственными руками. Но иногда нужно просто позволить кому-то быть рядом. |