Книга Я попала в свекровь, страница 52 – Diva

​— Иногда людям требуется мощный эмоциональный встрях, чтобы наконец-то очнуться и взглянуть на свою жизнь со стороны, — тихо произнесла она, подбирая каждое слово.

​Аркадий иронично приподнял уголок губ:

​— Звучит как цитата из дешевого психологического романа. Но реальность куда прозаичнее.

​Марина защитным жестом скрестила руки на груди, выпрямляя спину:

​— Тогда какова твоя версия? Назови её.

​Он молчал, словно взвешивал на внутренних весах, стоит ли переходить черту, за которой пути назад уже не будет.

​— Прежняя Валерия никогда не стала бы защищать интересы других членов семьи, если это шло вразрез с её личным комфортом и эгоизмом, — заговорил он тихим, вкрадчивым шепотом. — А ты сейчас буквально вытаскиваешь нас всех из того болота, в которое сама же и загнала.

​В груди у Марины болезненно екнуло. Он бил без промаха. Вот только все его комплименты и подозрения адресовались женщине, чьё тело она сейчас занимала. Он говорил с Валерией, которой больше не существовало.

​Аркадий сократил расстояние между ними еще на полшага:

​— И знаешь, что во всей этой чертовщине самое пугающее? Мне чертовски нравится та женщина, которой ты стала.

​Марина вскинула на него испуганный, растерянный взгляд. Воздух в кабинете словно разом потерял весь кислород, став плотным и горячим. Но Аркадий не сдал назад, не попытался перевести всё в шутку или сгладить углы.

​— Ты сейчас смотришь на меня так, будто панически боишься разоблачения и готова сбежать через окно, — заметил он, и в его интонациях проскользнула непривычная мягкость.

​Марина вымученно, нервно усмехнулась и снова отвернулась к оконному стеклу:

​— Я просто не выношу пустых разговоров, которые только усложняют и без того непростую жизнь.

​— А я смертельно устал жить в террариуме, где каждый первый что-то скрывает и носит маску, — парировал он.

​Она уперлась ладонями в холодный мраморный подоконник, отчаянно пытаясь вернуть мыслям привычную ледяную трезвость:

​— Аркадий, ты заходишь слишком далеко. Остановись.

​Мужчина наклонился к её уху, обжигая дыханием кожу:

​— Наоборот. Это ты все эти годы держала весь мир на безопасном расстоянии от себя, за высокими стенами своего эгоцентризма.

​Марина на секунду зажмурилась. Его слова ранили глубже и сильнее, чем должны были. Потому что впервые за долгое время этот проницательный человек смотрел не на высокий статус влиятельной Валерии Аркадьевны, не на её деньги, связи и безграничную власть. Он пытался разглядеть её. Настоящую. Живую Марину.

​— Я совсем не та, за кого ты меня принимаешь, — выдохнула она едва слышно, почти конфиденциально.

​Аркадий внимательно всмотрелся в её профиль:

​— Вполне возможно. Но нынешняя версия Валерии вызывает у меня гораздо больше уважения и симпатии, чем та, прежняя.

​Внезапно в тишине коридора послышались тяжелые, уверенные шаги. Этот звук подействовал на Марину как ушат ледяной воды — он мгновенно выдернул её из опасного морока обратно в жесткую реальность. Она резко, испуганно отступила от окна, разрывая дистанцию. Аркадий тоже сделал шаг назад, восстанавливая границы приличия, но его потемневший взгляд остался прежним.

​Дверь без стука распахнулась, и в кабинет заглянул Максим с кипой бумаг.

​— Вы здесь... — начал он на автомате, но тут же осекся, мгновенно заметив повисшее в комнате электрическое напряжение. Переведя быстрый взгляд с Марины на Аркадия, он нахмурился. — Я помешал? У вас какие-то разборки?