Книга Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества, страница 84 – Сия Ник

В зале наступила тишина — острая, напряжённая. Кто-то на скамьях знатных начал шептаться. Аммар на местах Семи Голосов медленно повернул голову к Аэдрису.

Веран продолжил.

— Это первое моё возражение. Второе — серьёзнее. Эта женщина не должна оставаться в Сар-Аммате после сегодняшнего дня. С глубочайшим уважением и с благодарностью за её услуги — она должна быть отослана. На один из южных островов, под достойную охрану, с достойным содержанием. Там она проживёт в покое и достоинстве, и мы все будем ей благодарны за то, что она сделала. Но её постоянное присутствие у Лазурного Двора создаёт опасность, которую я, как глава Дома Чёрного Течения, не могу оставить без внимания.

— Какую опасность? — спокойно спросил Аэдрис.

Веран впервые улыбнулся. Тонко.

— Ваше Величество. Я говорю прямо, потому что иначе нельзя. По двору ходят слухи, что лекарь Вера для Вашего Величества — не только лекарь. Что Ваше Величество допустили её к личной близости. Что Ваше Величество, возможно, рассматривают её как… как спутницу. Я не утверждаю этого. Я говорю — об этом говорят. И если это правда, то это не просто личное дело Вашего Величества. Это дело государственное. У этой женщины нет ни клана, ни Дома, ни родства с Семью Течениями. Если она станет рядом с Вами — она станет рядом с Лазурным Двором. С троном. С империей. И это первая в истории Архипелага императрица, которая не имеет за собой ничего. Это, Ваше Величество, опасно. Для империи. Для Семи Домов. Для наследия.

Он сел.

В зале наступила настоящая тишина. Та, в которой слышен только звук дыхания.

Аэдрис не двигался с минуту.

Потом — медленно, очень спокойно — встал.

Сошёл с возвышения. Обошёл его сбоку — не торопясь. Подошёл к Вере, которая стояла у трона. Встал рядом с ней. И повернулся лицом к залу.

— Лорд Веран, — сказал он, и его голос в большом каменном зале звучал тише обычного, но слышно до последнего ряда. — Я благодарю вас за честность. Вы спросили о слухах. Я отвечу. Слухи — правда. Лекарь Вера для меня не только лекарь. Я выбираю её. Это решение моё, не её, не Иссары, не Семи Голосов, не Дома Чёрного Течения. Это решение императора. Я объявляю это сегодня перед всем Советом, потому что вы прямо спросили.

Зал не пошевелился. Не было ни вздоха.

— И второе, — продолжил Аэдрис тем же ровным тоном. — Вы говорите, что у лекаря Веры нет Дома. Это правда. Это легко исправить.

Он повернул голову к Аммару.

— Первый Голос. Я воспользуюсь старым правом императора. Правом основания нового Дома.

Аммар очень медленно встал.

— Ваше Величество. Это право не применялось двести лет.

— Я знаю. Я также знаю, что оно остаётся в Кодексе и не отменено. Я этим правом сегодня пользуюсь. Я объявляю основание восьмого Дома. Дом будет называться — Дом Морского Утра. Его глава с этого момента — лекарь Вера Колосова, первая из новой линии. Все её потомки будут наследовать главенство Дома. Все её услуги Архипелагу будут вписаны под именем Дома. Дом получает право на участие в Совете Семи Течений — отныне Восьми. Я прошу Семь Голосов оформить это в протоколе. Это право императора, не право Совета. Я его осуществляю.

Аммар стоял, как будто его ударили. В зале не было ни одного человека, кто бы не понимал, что только что произошло. Аэдрис только что взял Веру — публично, открыто, перед лицом всего Архипелага — и сделал её равной любому из глав Домов. Веран сидел в третьем ряду слева, чуть склонив голову, с тем выражением лица, какое бывает у опытных игроков, когда они получают неожиданный, сильный ответ и не показывают, насколько он сильный.