Книга Помощница антиквара 2, страница 47 – Амари Санд

— Доброе, Ваша Светлость, — буркнула, присаживаясь на место.

— Итак, приступим, — канцлер набрал побольше воздуха в грудь. — Твой дар эхомагии уникален, но ты совершенно не умеешь им управлять. Пропускаешь через себя слишком много эмоционального шума. А это рано или поздно приведет к катастрофе. Я научу тебя простейшим техникам ментальной защиты.

— Благодарю за щедрость, — язвительно ответила я.

— Дерзишь? — Оболенский слегка улыбнулся. — Что ж, посмотрим, чему тебя можно научить. Итак, первое правило: никогда не касайся предмета без подготовки. Разум — это крепость, которую защищают высокие стены, выстроенные тобой. Представь себе непроницаемый щит, который отделит твое сознание от чужих воспоминаний.

Канцлер говорил гладко, со знанием дела, демонстрируя глубочайшие познания в ментальной магии. Я впитывала каждое слово, понимая, что они могут принести пользу. И сразу старалась применять новые навыки на практике.

— Ты способная ученица, — признал Владимир Андреевич. — Только запомни крепко одну вещь: никакие уловки не спасут тебя от моей магии. Я сильнее и опытнее. Любую защиту, которую ты построишь, я обращу против тебя же в любой момент.

— Спасибо, что предупредили, Ваша Светлость, — протянула разочарованно.

— Рад это слышать, — Оболенский поднялся, давая понять, что занятие окончено. — Ты высоко взлетишь, Александра, если будешь меня слушаться. Но один неверный шаг — и ты упадешь с такой высоты, что костей не соберешь.

Отвечать на подобное заявление ничего не стала. Молча склонила голову, делая вид, что признавала поражение.

— Ступай к себе и переоденься, — канцлер удовлетворенно кивнул. — Сегодня ты приглашена на императорский обед. Советую привести себя в порядок. Редко кто удостаивается подобной почести.

Вернувшись к себе, я обнаружила, что Миланья уже приготовили для меня парадное платье из бледно-голубого шелка. Расшитое серебряной нитью, с глубоким декольте и пышными рукавами оно разительно отличалось от тех нарядов, к которым я привыкла. К платью прилагалось скромное ожерелье из речного жемчуга и изящные атласные туфельки.

На императорском обеде я уже бывала, так что не испытывала прежнего трепета. Однако количество приглашенных гостей оказалось на порядок меньше. И место мне отвели не в хвосте, как в прошлый раз, а рядом с Оболенским. Сегодня обед почтила внимание сама императрица Софья — статная аристократка с добрым лицом и проницательным взглядом.

Павел Романов тоже присутствовал на обеде, как член семьи. Он улыбнулся мне кончиками губ и ободряюще кивнул.

— Александра Ивановна, — я невольно вздрогнула, когда императрица обратилась ко мне с вопросом. — Мы наслышаны о ваших удивительных способностях. Скажите, правда ли, что вы можете увидеть намерения людей, которые касались какого-либо предмета?

Вилку до рта я так и не донесла. Положив ее обратно, судорожно вздохнула, понимая, что разговоры за столом стихли, а взгляды присутствующих обратились на меня.

— Ваше Величество, — справившись с охватившим волнением, почтительно склонила голову. — Я действительно вижу прошлое вещей и эмоции тех, кто к ним прикасался.

— Как необычно! — императрица оживилась. — Вы понимаете, какое это может иметь значение для государственной безопасности?