Книга Хозяйка приюта упрямых чудес, страница 72 – Елена Амеличева

— Потому что я ее человек, - сказал он.

Все.

После этого можно было смело умирать от избытка чувств.

Прямо тут.

На ковре.

Среди детей, духов и должностных лиц.

Но судьба мне такой роскоши, разумеется, не дала.

Потому что именно в этот момент Ной вдруг резко сел, вскинул голову к потолку и чужим, взрослым голосом произнес:

— Канал открыт.

Есть особый вид ужаса.

Не громкий.

Не театральный.

Тихий.

Именно такой повис в комнате после слов Ноя.

Даже леди Рейн, при всем ее ледяном устройстве, вздрогнула.

Северье выругался.

Маркиз уже развернулся к окну.

А я бросилась к мальчику.

— Ной?

Милый, посмотри на меня.

Он смотрел.

Но не видел.

Глаза его были открыты.

Зрачки расширены.

И под тонкой кожей на запястье золотистая метка пульсировала слишком ярко.

— Куда открыт? - резко спросил Северье, опускаясь рядом.

Ной моргнул.

И чужим голосом ответил:

— Туда, где корни под водой.

Где камень пустой.

Где ждут.

Лисфей выгнул спину.

— Старый колодец.

Клаус зашипел.

— На западной меже!

— Что там? - спросила я.

— Заброшенный сливной колодец за рощей, - быстро сказал маркиз. - Старый дренажный ход.

Если Ронкс связал его с домом...

— Он получил временный вход, - закончил Северье. - Не в сам дом.

Но в границу.

Проклятье.

Леди Рейн резко обернулась к своим людям в холле.

— Западную сторону перекрыть немедленно!

Никого не выпускать и никого не впускать без моего приказа!

— Вы с ума сошли? - повернулся к ней Северье. - Если загоните его в колодец силой, он ударит по детям через канал!

— А если не загнать, он уйдет.

— И с чем? С гордыней?

Ему нужна связка!

А она еще здесь!

В этот момент все, как назло, посмотрели на нас с маркизом.

Мне очень захотелось бросить в кого-нибудь подушкой.

Или вазой.

Или Октавией.

— Прекратите смотреть так, будто мы новая разновидность мебели, - прошипела я.

— Вы не мебель, - сухо заметила леди Рейн.

— Вы проблема стратегического уровня.

— Какая честь.

Маркиз уже думал.

Я видела это по лицу.

Быстро.

Жестко.

Опасно.

И когда он посмотрел на западное окно, я сразу поняла - сейчас опять что-нибудь придумает сам.

Без спроса.

Безумное.

Благородное.

— Нет, - сказала я.

— Я еще ничего не сказал, - ответил он.

— Но я уже знаю это ваше лицо.

Северье внезапно вмешался:

— Вообще-то идея у него, скорее всего, правильная.

Я резко повернулась к нему.

— Вы что, заразились?

— Частично.

Но послушайте.

Если связка - приманка, а канал открыт на западной меже, значит, Ронкс ждет одного из вас там.

Или обоих.

— Тогда тем более никто никуда не пойдет! - отрезала я.

— Тогда он продолжит тянуть через детей, - тихо сказал магистр.

И вот тут наступил тот самый момент, когда хочется одновременно:

— заорать,

— расплакаться,

— и сделать вид, будто вас здесь вообще нет.

Потому что выбор снова сжимался.

Опять.

И я уже ненавидела все выборы в радиусе этой усадьбы.

— Можно, - вдруг очень спокойно сказал маркиз, - пустить его не туда.

Все обернулись к нему.

— Объясните, - приказала леди Рейн.

— Нет, - одновременно сказала я.

Она посмотрела на меня как на особенно шумную птицу.

— Простите?

— Я первая спросила.

Маркиз, к моему ужасу, едва заметно улыбнулся.

— Если он тянет связку по каналу, значит, ждет живой отклик.

Ему не нужен я отдельно.