Книга Объедки для Декана-привереды, страница 30 – Амалия Лонг

— Ты забыл про налоги, — вздохнула Нисса.

— Налоги — с прибыли. А прибыли нет. Всё уходит на соль и кастрюли. Красота!

Так что бюджет — тридцать пять копеек.

— Это не бюджет, а позор, — фыркнула Нисса.

— Это активы. Основные средства. У нас есть дырявая кастрюля, полмешка очистков и главное — бренд «Уголёк Лимитед». Всё остальное — временные трудности.

В этот момент дверь распахнулась, даже не стукнувшись о стену. Влетели трое. Колпаки накрахмалены, фартуки отутюжены, воротнички торчат как крылья. Пахло от них так, что перебило даже запах нашей вонючей моечной.

— Это здесь, — сказал тот, что с бородкой. — Я чую аномалию.

— Добрый вечер, — я отложила скребок. — Вы к кому?

— К тебе, объедок. Мы — повара с верхней кухни. Слухи дошли, что ты варишь суп из отходов и получается... съедобно.

— Съедобно — мягко сказано, — вставил красномордый, вытирая лоб платком. — Почти вкусно.

— Почти? — из-за котла вылез Уголёк. Глаза сверкнули фиолетовым.

Бородатый скривился:

— А ты ещё кто такой? Объедковский кот?

— Я? — Уголёк выпрямился, словно на смотре. — Член ИП «Объедок и партнёры», работающий под брендом «Уголёк Лимитед Корпорейшн», финансовый директор и начальник службы безопасности по совместительству. Можете звать меня Уголёк.

Усатый поперхнулся.

— Финансовый директор... у объедка? Кот?

— Он считает деньги и кусает за ноги, — пояснила Нисса. — В равной степени хорошо.

— Мы пришли за магией, — рявкнул бородатый, теряя терпение. — Покажи свой суп. И без кошачьих выкрутасов.

— Платить будете? — спросил Уголёк.

— Что?!

— За демонстрацию. Деньги. Специи. Новую кастрюлю. Старая течёт.

— Мы не торгуемся с объедками.

— А мы не работаем бесплатно. Даже с теми, у кого колпаки крахмальные.

— Декан разрешил!

— Декан — главный в вашей академии, а в нашей фирме я начальник! — парировал кот. — У нас очередь клиентов, драконьи налоги, прибыль, все легально. Правда, монеты ушли на регистрацию, но суть та же.

— Ты блефуешь, — прошипел усатый.

— Я кот. Я не блефую, я перехожу к активным действиям.

И он показал когти.

Повара замерли. Красномордый шепнул бородатому:

— Может, дадим монету? Глянем, что за аномалия?

— Ни копейки!

— Тогда до свидания, — Уголёк спрыгнул с ящика и подошёл к двери. — У нас очередь из клиентов, между прочим.

Как по заказу, в дверь просунулась веснушчатая голова:

— Айза, суп скоро? Копейки принёс. Три штуки.

— Через полчаса, — ответила я. — Приходи.

Повара переглянулись. Бородатый побагровел, развернулся и вылетел вон. Усатый — за ним. Красномордый задержался на секунду, печально вздохнул и тоже исчез.

— Ты их прогнал, — сказала Нисса.

— Я отстоял корпоративную честь. Мы не шестёрки, мы бренд.

— А если они декану нажалуются?

— Нажалуются — объясним, что они сами не захотели платить. Декан уважает тех, кто не даёт себя в обиду. Он по нашей ухе это понял.

— А если встанет на их сторону?

— Тогда я подаю на него в суд за дискриминацию кошек.

Вечером мы сварили двойную порцию. Пять клиентов — тридцать три старых плюс пятнадцать новых. Итого сорок восемь копеек. Почти полмонеты. Уголёк пересчитал трижды, поправил медальон и сказал:

— Завтра покупаем кастрюлю. Старая дырявая, я вчера лапы промочил. А ещё — немного соли.

— А рыбу? — спросила Нисса.

— Рыбу — когда накопим на неё. Это стратегическая цель.