Книга Доктор Эмма. Новая жизнь попаданки, страница 69 – Елена Крамская

— Позволите? — я шагнула ближе к королю и придвинула микроскоп, — Смотрите и не удивляйте. Это не чудо. Это просто прибор, и в то же время, Ваше Величество, это окно в мир, который всегда рядом, но ранее вами был невиден. Никакой магии здесь нет — только увеличительное стекло и свет.

Король с интересом посмотрел на изобретение Имаада.

— Сейчас я покажу вам как выглядит капля воды из городского колодца. Не пугайтесь тому, что увидите, в ней живут невидимые глазу микроорганизмы, — я поместила образец и настроила фокус, — Прошу.

Король склонился, приложился глазом, и я увидела, как меняется его лицо от скепсиса до удивления, и в конце, та на нем отразилась та самая детская радость открытия, ради которой стоит наблюдать за людьми.

— Они двигаются, — шепнул он мне заговорщицки, — Они живые.

— Так и есть! Нравиться?

Король заулыбался и еще какое-то время крутил колесико, то приближая, то отдаляя окуляр.

— Мне часто кажется, что и королевство, это невидимые твари под стеклом, — хмыкнул Альфред, — Но там, боюсь, даже микроскоп не поможет, — король громко засмеялся от своей шутки. Для меня это был хороший знак.

— А теперь я вам покажу, как выглядит капля воды после обработки, — я поменяла стекло, — Посмотрите снова.

Альфред приблизился глазом к стеклу, покрутил колесики и оторвавшись от прибора с удивлением произнес.

— Их там нет! Где они?

— Погибли, — констатировала я, объясняя как и что использовала для обеззараживания воды.

По залу пронесся гул голосов. Из второго ряда посетителей выступил сухой мужчина с острым, как стилет, профилем, тот самый советник, о ком Калеб шептал, что от него «пахнет Орденом».

— Ваше Величество, — тягуче начал он, — Позволительно ли верить глазам, когда на кону души людей и судьба королевства? Кто поручится, что в этом стекле не заключена дьявольская хитрость? Мы ведь знаем, что вода очищается молитвой и серебром.

— А я знаю, что дети умирают от холеры быстрее, чем вы произносите слово «серебро», — перебила я мягко, — Позвольте показать ещё.

Я взяла чистую иглу, опустила её в спирт из моего куба. Пламя лампы вспыхнуло, когда я поднесла пропитанную иглу к огню; запах был чистый, без копоти.

— Это спирт, он обеззараживает, — сказала я спокойно, — Его можно использовать для обработки рук, поверхностей и инструментов. И да, он горит. И нет, это не доказательство союза с адом, иначе у нас был бы очень весёлый и опьяненный ад.

— А его можно пить и быстро опьянеть, — еле слышно шепнула я королю.

Краешек губ короля дёрнулся в едва заметной улыбке. Несколько придворных, стоявших близко, включая одну даму в слишком узком корсаже (жалко ребра), прыснули в кулачки.

— А это, — я подняла чашку с угольно-тёмной плесенью, — Плесень, которая борется с болезнями. Это чудо-лекарство не от всего, но от многого. Она способна спасать жизни.

Советник засуетился, подбежал к плесени, пытаясь выхватить ее из моих рук.

— Как вы докажете, что это не яд? — по нему было видно, что он хочет меня дискредитировать.

— А что такое по-вашему яд, советник? — мне все-таки удалось мягко вырвать из его рук свою баночку с плесенью.

— Ядом может быть что угодно, это зависит от дозировки, — мягко ответила я, — Даже вода убивает, если ей заменить воздух. А вот найти нужные пропорции, это уже называется наукой. Она скучна, но очень опасна для тех, кто привык управлять страхом.