Книга Фрейлина поневоле, страница 22 – Алексей Фирсов

Выйдя из оранжереи, я направилась не в бальный зал, а в малую дамскую гостиную, где почтенные матроны и фрейлины, уставшие от танцев, пили оршад и перемывали косточки остальному двору.

Я нашла взглядом Амалию, которая щебетала с двумя молоденькими княжнами, и приблизилась к ней, изображая крайнюю степень взволнованности.

— Амалия, душа моя, — я схватила подругу за руку, уводя ее чуть в сторону от чужих ушей, но так, чтобы нас все равно видели. — Мне так дурно... Я сейчас была в оранжерее, хотела подышать, и... Ах, мне даже стыдно об этом говорить!

Строганова мгновенно сделала стойку, как охотничья собака, почуявшая дичь. Ее глаза загорелись любопытством.

— Что случилось, Аннет? На тебе лица нет! Ты кого-то видела?

— Я... я слышала, — я понизила голос до прерывистого шепота, старательно изображая смущение. — Поручик Залесский... он говорил с кем-то в тени. Хвастался, представляешь! Сказал, что завтра во время променада в Летнем саду у него назначено тайное свидание в старом гроте. И не с кем-нибудь, а с дамой, чья помолвка вот-вот прогремит на весь Петербург! Он говорил, что она без ума от него и готова на все, лишь бы оттянуть свадьбу с нелюбимым стариком!

Амалия охнула, прижав руки к щекам. Ее мозг сплетницы моментально заработал, вычисляя жертву.

— Помолвка? Нелюбимый старик? Матерь Божья, Аннет! Да ведь старый граф Разумовский старше княжны Ушаковой на тридцать лет! Неужели Софья... Неужели она крутит роман с этим нищим Залесским прямо перед свадьбой?!

— Я не называла имен, Амалия! — я испуганно прижала пальцы к губам. — Умоляю, забудь! Если это дойдет до Государыни... Это такой скандал! Пообещай мне, что ты никому не скажешь!

— Могила! — торжественно поклялась Строганова, но ее взгляд уже метался по гостиной, выбирая, к кому первому подойти с этой сногсшибательной новостью.

Я отвернулась, пряча торжествующую улыбку за веером. Посеянное зерно взойдет уже к утру. Завтра весь двор будет тайком следить за каждым шагом Залесского и Ушаковой, ожидая подтверждения слухам. Софья сама выкопала себе яму. А я просто сделаю так, чтобы она в нее упала.

Возвращаясь в Тронный зал, я чувствовала себя совершенно иначе. Страх ушел, остался лишь холодный расчет. Я остановилась у колонны, окидывая взглядом пеструю толпу.

И тут я встретилась с ним.

Александр Куракин стоял на противоположном конце зала, облокотившись о мраморный пилон. В руке он небрежно держал бокал с шампанским. Он не смотрел на собеседников, он смотрел только на меня. И в его стальном взгляде читалось что-то пугающе похожее на понимание.

Словно он видел насквозь и мою ярость, и мой страх, и мою маленькую победоносную интригу.

Я не отвела глаз. Я медленно, с достоинством подняла свой веер и прикрыла им половину лица, оставив лишь глаза, бросающие ему молчаливый вызов. «Смотри, Ледяной граф. Смотри внимательно. Потому что завтра будет по-настоящему жарко».

Глава 8. Гатчинский вызов и гнев Императрицы

Утро после бала началось поздно. Я проснулась оттого, что солнечный луч, пробившийся сквозь тяжелые шторы, настойчиво щекотал мне веки. Тело ныло после вчерашних танцев, а корсет, казалось, до сих пор сжимал ребра фантомной хваткой. Но хуже всего было в голове. Там царил полнейший хаос, и в центре этого хаоса царил образ графа Александра Куракина. Его стальной взгляд, жар его тела, его дерзкие, опасные слова…