Книга Жемчужина дракона, страница 179 – Марина Александрова

Я осторожно взяла расческу, приводя в порядок спутанные влажные пряди. Мои мысли витали где-то совершенно в другой вселенной. Губы приятно пекло. Они все еще помнили прикосновения Китарэ, а сердце то и дело замирало в груди, чтобы вновь пуститься вскачь. Я ловила себя на том, что глупо улыбаюсь.

Не знаю, как ему удалось заставить меня открыть двери склепа и выпустить его. У меня были совсем другие планы. Сдерживать свои желания и все еще цепляться за неродные мне правила приличия и условности становилось все тяжелее. Как эти драконы, что жили до меня, позволили создать такой ужасный миропорядок! Я еще нигде не была толком, но уже задыхалась от мысли о том, что сидеть я должна так, смотреть этак, говорить согласно положению о равенствах. Я хотела другого! Казалось, у меня кровь закипает в венах от одной мысли, что надо продолжать эту игру… И еще очень хотелось взлететь. Мысли о небе не давали покоя.

— Ничего, – пробормотала я самой себе под нос, – совсем скоро.

Сегодня прибывали другие одиннадцать жемчужин Китарэ, и нам следовало встретить их. А мне по-настоящему открыться тем, кто еще даже не представляет, насколько дорог мне. С пробуждением моего отражения пришла не только сила, но и то, о чем могла помнить моя сущность. Не в первый раз мы встанем в круг и замкнем его ради императора. Мои воспоминания о прошлых жизнях все еще скрыты от меня, и я не желаю тревожить их, но мое сердце теперь помнит каждого из тех, с кем мы связаны одной Нитью раз и навсегда. Случайности не случайны, а циклы всегда сменяют друг друга.

Я приоткрыла дверь ванной комнаты и осторожно замерла на пороге. Напротив окна стояло огромное зеркало в простой деревянной оправе, закрепленное на подставке. Не представляю, где Рэби его раздобыл, зачем поставил именно тут и… А собственно, почему бы и нет?

На постели лежало кимоно, сочетавшее в себе черные и ярко-красные цвета рода Игнэ, расшитое удивительными изгибающими свои золотые тела драконами. Должно быть, элементаль готовился к этому дню с моего рождения, иначе я не представляю, где он это все раздобыл. Может быть, украл у Дорэй? Даже мягкие черные туфли в тон подобрал…

За этими мыслями, рассматривая одежду и делая вид, что это гораздо интереснее, я дошла до зеркала и несмело посмотрела на отражение собственных стоп. Решительно выдохнула и тут же взглянула себе в глаза. Мои глаза и впрямь обзавелись неестественным для обычного человека золотым оттенком, в волосах заиграл багрянец, кожа на лице стала гладкой и светлой. Пожалуй, на моем теле остался всего один-единственный шрам, который уже никогда не оставит меня. Едва заметная ровная полоска – будто кто-то оцарапал тончайшим лезвием – виднелась над сердцем. Теперь я знала и кто оставил его, и что я храню под ним.

Осторожно прикоснувшись к этой белоснежной ниточке, что оставил на моем теле серебряный дракон пятнадцать оборотов назад, поделившись самым сокровенным, что было у него, лишь бы я продолжила жить, я невольно улыбнулась.

— Я позабочусь о тебе, – прошептала я, проведя пальцами по единственной царапине на моем новом теле, и вновь посмотрела на свое отражение. – А ты ничего, – подмигнула я самой себе, решив, что нечего заниматься глупостями и пора бы уже одеться.

С Китарэ мы договорились, что он сам встретит их у арки перехода, а затем они придут в наш с Рэби корпус. Как бы уверенно теперь я себя ни чувствовала, но во мне не было силы Китарэ, которая позволяла ему даже неосознанно управлять людьми вокруг себя.