Книга Жемчужина дракона, страница 162 – Марина Александрова

— Ну, я же смогу занять место силы в Ожерелье Китарэ? А?

— Я не понимаю, что ты хочешь от меня? Ты уже его заняла… Ваши энергии создали свою уникальную мелодию двенадцати, в то время как Китарэ – ваш резо… резо… – жестикулируя рукой в воздухе, пытался высказаться он. – Резонатор-р-р, – практически прорычал он. – Бездна его разорви, что за слово!

— Спасибо, – прошептала я, надеясь, что он не настолько пьян, чтобы что-то напутать, и уже со всех ног бросилась вперед сквозь заснеженный лес.

Когда особенно густые и колючие кусты все же сдались и я едва не вывалилась на заснеженный берег лесного озера, то невольно застыла на месте. Сомнения и страхи на краткий миг вдруг овладели моим сердцем, заставив растерянно замереть, чтобы услышать, как пробуждается вековой зимний лес. Его горделивое, величественное спокойствие, где не было места ни страхам, ни сомнениям. Он всегда знал, кто он, и это то самое чувство гармонии с самим собой, которое следовало бы найти и мне. Не время сомневаться, когда до цели осталось несколько шагов. Когда все внутри горит огнем, а сердце грохочет так, что кажется, еще чуть-чуть, и оно вырвется из груди.

Мое хриплое дыхание сорвалось с пересохших губ, когда сквозь снег я осторожно двинулась вперед. Я невольно всхлипнула, стоило мне ступить на покрывавший гладь озера лед. Мои ступни тотчас стали погружаться в ледяную воду, так как даже лед не выдерживал того жара, что сейчас источала я. Но я и не думала останавливаться. От соприкосновения с ледяной водой я ощутила, как горит моя кожа. Это было так больно! Казалось, я добровольно погружаюсь в жидкое пламя, что с каждым шагом охватывало каждую клеточку тела, отзываясь в нем. Хотелось закричать, но дыхание перехватило. И вместо этого я лишь с силой сжала челюсти, двигаясь вперед, все ближе к самому центру озера. Постепенно вода покрыла мои бедра, добралась до пояса, потом до груди, и тогда я оттолкнулась от дна и поплыла. Первый гребок, второй – и в этот момент я поняла, что не могу больше сдерживать пламя, что отчаянно рвется наружу.

Отпустить всю боль, что сжигала меня изнутри вместе с энергией, что пришла так нежданно; все страхи и сомнения; чувства, которые сводили с ума своей безысходностью и предопределенностью. Я ощутила, как эта огненная волна, огромная и самобытная, что столько времени медленно надвигалась на меня, вдруг пришла в движение, обрушивая всю свою мощь и погребая меня под собой. Тело, сознание словно рассеялось на тысячи песчинок, сливаясь с энергией, что вдруг затмила собой все вокруг.

Я стала частью крошечной искры, что в темной стылой ночи оторвалась от костра, кружась в последнем танце вместе с ветром. Я стала языком пламени, что не может насытиться, поглощая все, до чего в силах дотянуться… Хотя нет, вовсе не голод движет им, он всего лишь забирает, чтобы воссоздать себя же вновь. Я увидела свое отражение и место в каждой жизни и смерти, став частью чего-то несоизмеримо большего, чем отдельно взятая судьба. Кажется, стихия, которую я всегда отвергала, вдруг стала моей колыбелью, приняв, впустив в себя, рассказав о себе и о том, какой она может быть, дав прочувствовать каждый свой изгиб.

Наверное, я кричала, а быть может, мне это лишь казалось, но, когда я пришла в себя, поняла, что что-то да вышло из этой безумной затеи… Исчез заснеженный лес, растворились озеро и лед, превратившись в бесконечные золотые пески и дюны на фоне пурпурного неба. Все вокруг казалось нереальным, чересчур ярким, четким и в то же время чуждым. Я видела песок, который больше всего напоминал золотую пыль, и понимала, что это вовсе не тот песок, что бывает в реальном мире. Чувствовала прикосновение сухого, теплого ветра к коже и осознавала, что это совсем не ветер, а точно сам мир прикасается ко мне, приветствуя и принимая в свои объятия.