Книга Время любить, страница 193 – Марина Александрова

— Я тебя предупреждаю, у меня зубы растут за три дня, но я согласна потерпеть, если на кону будет твой нос. Перестань уже наклоняться ко мне!

— Решила подерзить? — холодно поинтересовался он. — Помнится, раньше ты противилась страху не так игриво, — усмехнулся он.

Мне кажется, что триста лет назад у меня не было сил даже на то, чтобы возразить. Неожиданно вспомнилось то состояние безысходности, обреченности и усталости. Какими же истощенными мы были тогда. Из нас точно выпили всякую волю к жизни, все цвета этого мира стали оттенками черного и серого. Это он сделал нас такими. Но тогда у меня был Киран. Я держалась за него, и моя сила не покинула меня. Я осталась. Сейчас… у меня снова был он и… Кит. Ребенок, любовь к которому согревает те уголки моего сердца, о которых, кажется, я успела забыть.

Почему по моим щекам побежали слезы, я, признаться откровенно, и сама не поняла, но та тварь, что стояла сейчас передо мной, довольно усмехнулась.

— Да, ты помнишь, не так ли?

— Ты думаешь, что ты особенный, да? — тихо спросила я. — Правда считаешь, что мне некого помнить, кроме тебя? О таких, как ты, забывают очень быстро, точно вас и не было вовсе. Поверь мне на слово, однажды забудут и тебя.

Он хотел что-то сказать мне в ответ, но в этот самый момент в дверь постучали, и на пороге возник низкорослый мужчина-аланит в темно-серой тоге.

— Господин, вы звали меня? — глубоко поклонившись, поинтересовался он.

— Тис, только посмотри, что у меня есть, — довольно осклабился Дриэлл, вставая сбоку от меня.

Невзрачного вида мужчина выпрямился и непонимающе посмотрел сперва на меня, а уже затем на своего хозяина, словно спрашивая, что все это значит.

— Не понимаешь? Просто представь, что если бы силу, которую можно получить, совершив десятки жертвоприношений, можно было бы изъять всего у одного существа? Вот именно такое существо ты сейчас видишь перед собой. Жаль, у меня нет времени выяснить, что приключилось с приготовленными к случаю сосудами, но, думается мне, тут, — небрежно кивнул он в мою сторону, — кое-что останется и для меня. Подготовь все во дворе, начнем минут через десять, я думаю, — улыбнулся Дриэлл, отпуская своего слугу.

Дверь за Тисом затворилась, но спустя всего несколько секунд приотворилась вновь. На этот раз вошедший мужчина даже не потрудился постучать. Этого аланита я узнала сразу. Не могла не узнать, ведь, как ни крути, но лицо такой личности, как Император Алании, почему-то хорошо отпечатывается в памяти.

Мужчина буквально излучал нервозность. Он казался не на шутку разгневанным и одновременно встревоженным. Но так или иначе не признать в нем Императора было невозможно. Чего стоил его венец, выкованный так искусно, словно и впрямь существуют золотые ветви и листья, из которых возможно сделать нечто подобное.

— У тебя хватило наглости послать за мной? — оскалился мужчина, даже не пытаясь изобразить вежливость.

Следом за ним в гостиную вошло еще четверо охранников, молчаливой тенью следовавших за своим Императором.

— Что ты вытворяешь?!

Казалось, юный Император не проявил никакого интереса ко мне, что, считай, сидела в самом центре комнаты. Все его внимание и гнев были направлены на Дриэлла.

Все произошло быстро. Элтрайс даже не потрудился разыграть представление для своей жертвы. Не было ни приветствия, ни извинений, ни попыток все объяснить, дабы насладиться моментом триумфа. Его стражники действовали быстро и слаженно. Короткие замахи мечами — и Император остался совершенно один. Четверо его охранников, словно внезапно устав, упали без сил. Четыре смерти ударили меня так, как не смог это сделать Дриэлл. Я молча сидела на стуле, который он так любезно выделил мне, и боролась с отдачей, которая пришла ко мне с гибелью этих аланитов. Я знала, понимала, что все это не просто так, и, раз я вижу все происходящее, значит, совсем скоро не станет и меня. Он был уверен в этом.