Книга Новая жизнь Эвелин, страница 29 – Елена Крамская

— Это долгая история, котенок. Расскажу по дороге домой. А сейчас нам нужно убираться отсюда. Где Майкл?

— Не знаю, - она шмыгнула носом, - Я дождалась, пока он крепко уснет, а потом сделала веревку из простыней, как в книжке про графа Монте-Кристо. Спустилась вниз и спряталась у моста. Подождала, пока он проснется и уйдет в джунгли меня искать, а сама побежала сюда, в деревню, чтобы найти кого-нибудь, кто говорит по-английски, и попросить о помощи.

Она не успела договорить. Ее детскую, полную гордости речь прервал злобный, яростный мужской рык прямо за моей спиной.

— Когда же ты, черт возьми, прекратишь лезть не в свое дело, Эвелин Пелл!

Я замерла, инстинктивно прижимая Шарлотту еще крепче. И я почувствовала уже знакомое до тошноты ощущение холодного, твердого металла, упершегося мне в основание черепа. Третий раз за эту безумную неделю на меня наставили пистолет. Это уже становилось какой-то дурной, извращенной традицией. Я мысленно хмыкнула: в моем времени люди коллекционировали кроссовки или винтажные виниловые пластинки. Моей же коллекцией, похоже, становились моменты, когда мне в затылок тычут пистолетом. Нужно будет завести для этого отдельную полку в шкафу с трофеями. Если я, конечно, доживу до того момента, когда у меня снова будет шкаф.

— Быстро! Бери Шарлотту, и идем в доки, - его голос был низким, напряженным, и срывался от едва сдерживаемой ярости. Дыхание, пахнувшее ромом и страхом, опалило мне шею, - У меня там лодка. И без фокусов, Эвелин. Один резкий звук, и я разнесу твою умную голову по всей этой чертовой площади.

Я медленно, очень медленно, подняла руки, показывая, что не собираюсь сопротивляться. Шарлотта вцепилась в мою юбку, ее маленькое тельце тряслось как осиновый лист.

— Зачем ты это делаешь, Майкл? - я заговорила, пытаясь придать голосу спокойствие, которого и в помине не было. Мне нужно было потянуть время. Джек был где-то рядом, в этой толпе и Хосе с его «нерасторопной» полицией уже должны были быть на подходе.

— Еще три недели назад я вообще не знал, что у меня есть дочь! - его голос дрожал, в нем смешались ярость, обида и какая-то отчаянная, почти детская боль. Это был не просто злодейский монолог из дешевого детектива, это была исповедь сломленного человека.

— Я любил Клэр! Любил ее еще в колледже, до этого хлюпика Гарри! Она была моей! А потом она выбрала его с его деньгами и положением! Я пытался поговорить с Гарри, когда узнал правду. Он велел мне держаться подальше от их «семьи»! Но Шарлотта - моя дочь! Я это понял, как только увидел ее! А Гарри… ему все равно оставалось недолго, он был смертельно болен, болезнь пожирала его изнутри, и он скрывал это ото всех!

Его слова лились сбивчивым, лихорадочным потоком. Он не просто говорил, он выплевывал свою боль.

— Я пришел в тот вечер поговорить с Клэр, думал, она поймет. Она должна была все рассказать, должна была уйти со мной! Но тут вошел Гарри, увидел нас вместе и взбесился! Он размахивал этим дурацким графином с виски, как какой-то сумасшедший, кричал, чтобы я убирался из его дома! Я достал пистолет, просто чтобы его напугать, чтобы он успокоился! У меня тряслись руки, я выпил перед этим… Я не хотел никого убивать! Черт возьми, Гарри когда-то был моим лучшим другом! Но палец соскользнул… я выстрелил.