Книга Пустыня смерти, страница 14 – Влада Мишина

— Амт, ты переходишь все границы.

— Вы помните легенду про Иамису? – пропуская гневное шипение мимо ушей, спросила богиня.

— Не помню.

— Иамису была первой красавицей, кажется, четвёртого сепата.

— Так кажется или четвёртого?

— Она была добра, умна и красива…

— Про красоту ты уже говорила.

— Вы вообще слушать не умеете?! В общем, Иамису была смертной! А влюбился в неё бог!

— Кто именно? – с напускным ехидством уточнил Анубис.

— В легенде не упоминается.

— Ну, разумеется.

Амт страдальчески закатила глаза, но всё же продолжила рассказ.

— Бог сделал Иамису бессмертной, и они прожили вместе целую вечность! Вот вам сказка кратко, раз перебиваете.

— Глупая легенда. Невозможная.

— А вы уверены, что невозможная?

«Не уверен…» – подумал Анубис, чьи нерушимые истины в последнее время не раз становились ложью, однако вслух он ответил иное.

— Уверен.

— Что ж, в таком случае я надеюсь, что новый фараон Города Столбов сейчас поцелует Ифе и предложит ей стать его царицей, чтобы девочка обрела счастье и не терзалась от ваших многозначительных взглядов.

С этими словами Амт поспешно покинула сад, оставляя Анубиса наедине с фантазией о поцелуе аментет и хекау. С фантазией, которая возмущала его до глубины души.

Та-Кемет. Тронный зал наместника Гора

К рассвету Ифе в сопровождении Кейфла вернулась в тронный зал, где их уже ждали боги. Тело фараона Хафура успели убрать. Неизвестно, приказал ли новый фараон это сделать или слуги сами так быстро приняли новый порядок, но факт оставался фактом: когда все боги и смертные, связанные путём спасения Осириса, снова собрались в зале, он был абсолютно пуст.

— Нам нужно решить, когда мы отправляемся, – начала разговор Амт.

Ифе устало провела ладонями по лицу. «Конечно, я понимаю, что наш путь ещё не закончен. Артефакты ведь нужны для чего-то… Но я надеялась, что смогу хоть немного поспать».

— Теперь, когда у нас есть хотя бы два артефакта, нам нужно влить их силу туда, где она должна быть… – Амт с тревогой посмотрела на Сета.

— Уже бессмысленно скрывать следующую часть. Говори как есть, – сказал он усталым тоном.

Богиня кивнула, обнимая себя за плечи.

— Мысли Царицы указывают на некую скрижаль, которая должна воссоединиться с палеткой Тота, копьём Анхура и… статуэткой Бастет. Я не знаю, что повлечёт за собой отсутствие статуэтки, но у нас нет выбора. Возможно, силы двух богов хватит.

Атсу нахмурился, шагая чуть ближе к Амт.

— Воссоединиться?.. А можно немного подробнее? Просто слияние деревянной дощечки с каким-то предметом я себе ещё могу представить, а вот копьё, как я понял, буквально во мне.

— Оно в твоей крови, поэтому для слияния тебе надо будет порезать руку над скрижалью. Я так думаю, – неуверенно пробормотала Амт.

Стоит ли говорить, что фраза «Я так думаю» не добавила Атсу ни капли уверенности в его будущем?

— В любом случае, я пока не знаю, как выглядит и что из себя представляет эта скрижаль. Эти мысли Царицы спрятаны слишком глубоко. Но мне известно, что скрижаль сокрыта там, где Селкет не догадалась бы её искать.

Ифе почувствовала странную дрожь в груди: то ли приступ смеха, то ли подступающие слёзы.

— Дай угадаю… В Красной Пустыне?

Амт грустно кивнула.

— Если мы должны отправиться туда, то мне нужно найти наместника, – нахмурился Кейфл. – И, кстати, я один помню о явлении того, кто должен был следить за этим сепатом? О Горе?